Любовница. По осколкам чувств

Я справлюсь, — сипло выдыхаю я слово за словом и как пьяная двигаюсь на выход, хватаясь руками за стены, — где наши не пропадали…

— А деньги, Лер? Куда мне их?

— Они ваши…

Как бы то ни было, а баба Зина дело своё сделала — смолчала. А теперь, что мне её правда, когда я уже вся, с головы дог извалялась в дерьме?

В состоянии полного аффекта покинула дом. На автопилоте добрела до машины. Села за руль и уставилась невидящим взглядом на свой сгоревший дом.

Заплакала.

Закрыла ладошками лицо и разрыдалась, зачем-то и совершенно не к месту вспоминая слова Данила, когда он так «неожиданно и скоро» приехал ко мне на пожар.

«Всё, девочка моя, всё. Не плачь. Тише, тише, успокойся. Всё будет хорошо»."

"Кому хорошо? Кому? Только ему одному! Трахать меня на постоянной основе и знать, что у меня нет другого выбора, кроме как довериться ему.

Боже, он ведь врал мне! Врал! До последнего…

И что-то мне подсказывало, что это была лишь верхушка айсберга.

— Проводка! — зашипела я змеёй. — И я, дура, поверила…

А сознание снова резанули слова мужчины, который шёл к своей цели по головам, не заботясь, что могут пострадать другие.

«Я счастлив с тобой. Абсолютно».

— Да, Данил, ты был счастлив. Но на моё счастье тебе было плевать!

Трясущимися руками завела двигатель подаренной мне премиальной игрушки и выругалась. Она — откуп Шахова за содеянное, а я — ещё одна баба Зина, которой просто закрыли рот дорогой подачкой.

И горечь окутала сердце своей стальной когтистой лапой, стискивая рыдающую от разочарования мышцу всё сильней и сильней.

— Как ты мог? — шептала я, глотая слёзы. — Когда для тебя секс стал важнее человеческого отношения? Ведь это было единственное моё жильё. Всё, что осталось у меня от прошлой жизни.

Всё, с меня хватит! Больше ни дня не останусь с этим чудовищем в его логове!

Не знаю, как доехала до квартиры Шахова без аварии. Не помню, как запарковалась на своём месте в подземном паркинге. В голове не отпечаталось ничего до тех пор, пока как я не поднялась на этаж и не сунула ключ в замочную скважину, а он не провернулся в нужную сторону.

Открыто.

— Дома значит? — прошептала я сама себе, глянув на наручные часы. Почти семь вечера.

Что ж, хорошо. Пора поставить в этом спектакле жирную точку.

Открыла дверь и решительно шагнула внутрь, намереваясь высказать Шахову всё, что я думаю о его нечеловеческом поступке. А затем убраться из этой квартиры куда подальше и навсегда!

И чтобы глаза мои больше его не видели!

В раздражении кинула сумочку на оттоманку у стены, а затем быстрым движением провела по спинке Мяусу, который выбежал мне навстречу, нервно дёргая хвостом, будто был солидарен со мной в каждой моей негативной эмоции к хозяину этой злосчастной квартиры.

Зло чеканя шаг, двинулась внутрь дома.

Шаг.

Ещё один.