Славные парни по-русски. Нерассказанная история. Книга 1

Тогда Женя обратился ко мне за помощью в экспроприации ценностей, и я, чисто по-товарищески, безвозмездно, пару раз подъезжал с ним на встречу с этими нечестными на руку хранителями искусства.

Однажды Женя обратился ко мне за поддержкой, когда на него наехали какие-то грузины и, угрожая ему и его семье, требовали у него картины, предъявляя на них свои права. Женя жил на Дмитровском шоссе в районе Восточного Дегунино. Я сказал Жене, чтобы он назначил этим соискателям встречу в гаражах недалеко от его дома. Укромное такое местечко. Взяв с собой несколько человек, я подъехал туда и, поставив грузинских любителей искусства под стволы, доходчиво объяснил им, что никаких прав на картины они не имеют, и убедительно попросил забыть об их существовании и больше не докучать Жене. На том и расстались."

"Через пару месяцев после встречи в гаражах Женя передал мне картонную коробку из-под вина или фруктов, набитую деньгами, сказав, что это моя доля и его благодарность за оказанную помощь.

Этот приятный бонус вскоре был омрачён одним неприятным событием. Фрэд Фельдман после смерти Яна уехал в Германию по приглашению хорошей знакомой отца Натальи Грундтман. Уезжая, он оставил свою квартиру на Тимирязевской в моём распоряжении, и я практически переехал туда жить. Погостив в Германии где-то с полгода, Фрэд вернулся в Москву. Спустя несколько дней после его приезда зайдя в квартиру, я обнаружил Фрэда валявшимся на полу в прихожей в луже крови. Похоже, что он пролежал достаточно долго – кровь уже успела свернуться, и в квартире стоял смрадный запах.

Я проверил пульс и, убедившись, что Фрэд ещё живой, вызвал «скорую». Его отвезли в Первую градскую больницу. Когда он немного оклемался, я навестил его и попытался выяснить, что произошло. Фрэд рассказал, что в тот вечер, 12 марта 1991 года, он вернулся домой часов в девять. Поднялся на этаж и открыл дверь квартиры. Тут с верхней площадки бегом спустились два парня. Один из них сразу же ударил его ножом в бок и втолкнул в квартиру. Фрэд упал на пол в прихожей (там, где я его и нашёл), и тогда второй выстрелил ему в голову. Свет погас.

Больше ничего он не пояснил, даже нападавших не мог толком описать. Хорошо, что стреляли из пистолета мелкого калибра и пуля, пробив нижнюю челюсть, застряла в верхнем коренном зубе. Врачи, которые делали операцию, сначала подумали, что это пломба, и лишь потом сообразили, что это пуля.

До конца я в этой истории так и не разобрался, возможно, что Фрэд получил пулю, предназначенную мне, и я искренне рад, что он остался жив.

И вот когда я услышал этот замечательный тост во время сочинского застолья, у меня в голове сразу выстроилась логическая цепочка: картины, Ян Красный, грузины в гаражах, покушение на Фрэда (или меня), и, естественно, я напрягся.