По моим правилам

Хватаю его и с громким ворчанием трусь своими липкими губами о холодные детские щёки. Он верещит так, будто его убивают.

Хохочу, запрокинув голову, впервые за последнюю неделю испытав ПОДОБИЕ душевного равновесия.

Да…состояние моей души оставляет желать лучшего. Там какие-то помойные кошки закапывают своё дерьмо.

Спустя минуту улыбка вянет, задавленная моим новым квартирантом – не проходящей тяжестью в груди. Да, она теперь всегда со мной. Такая реальная, что я рукой могу её потрогать. Не даёт полноценно жить, дышать, спать.

Как же это УТОМЛЯЕТ.

Всё, чего мне хочется – вернуться домой и забраться под одеяло с головой. Свернуть там и смотреть в одну точку. И чтобы никто меня не трогал.

Ведь это пройдёт?

Гнетущее чувство потери, вот что это такое.

Знаю. Никто мне не поможет. Поэтому я справлюсь сама. Как всегда.

Прячу глаза от Ванечки, доставая ещё одну салфетку. Мой единственный любимый мужчина, кажется, всё чувствует. Он все эти дни посматривает на меня задумчиво. Это выглядит в высшей степени забавно и немного странно.

Но, у его мамы, и правда, кто-то украл улыбки.

Не хочу сейчас думать об этом ""кто-то"". Я запрячу его далеко-далеко. Запрячу и забуду.

Хаха.

Да ты каждую ночь о нем грезишь. Дурочка.

Как на зло, мозг извлекает из своей котомки лукавую улыбку и яркий блеск чёрных глаз, предназначенный для меня.

Прикрываю на секунду глаза и зло сжимаю зубы.

Ну, хватит.

Всё это было не настоящее. По крайней мере, для него.

Мерзкая горечь тоже навещает меня постоянно. С чёрной меланхолией под ручку.

Глубоко вздыхаю и спрашиваю, начиная протирать свой собственный подбородок:

- Ну что, домой?

- Можно, - кивает Иван Андреевич, протягивая Варе ММдемску.

Она берёт, оттопырив мизинчик, как истинная ЛЕДИ. Поправляю её «минимаусную» шапку и замечаю  зелёную кляксу на Ванечкиной щеке. Осторожно убираю её салфеткой, прихватив упрямый подбородок сына пальцами.

Он хмурит брови и делает недовольную мину. Шлёпаю его по носу пальцем, от чего он становится ещё недовольнее.

Улыбаюсь.

- Пошли, - говорю осматриваясь.

Столько людей вокруг, поэтому беру Ванечку за капюшон, чтобы не потерять, и разворачиваю Варину коляску.

Так. Ну, и где тут шарики?

Пестрая толпа перед нами расступаться не желает, поэтому мы лавируем.

Такой галдеж.

Вижу шарики и немного меняю наше направление, высматривая дорогу.

Спустя секунду теряю все свои мысли и цели.

Застываю, забыв сделать шаг и вцепившись глазами в знакомую широкоплечую фигуру…

Да что же это такое! Мурашки, дрожь, пот. Всё как обычно. Знакомый разрушительный эффект.

НЕНАВИЖУ СЕБЯ! Потому что продолжаю смотреть. Жадно. До боли сжимая ручку коляски.

Артём...

Это имя в моей голове звучит как удар колокола. Кого я пытаюсь обмануть? Я каждый день думаю о нём. И копаюсь в себе.