Путеводитель по миру Братства черного кинжала

Не сдавайся! Продолжай по­пытки! Поищи новые дороги, которые заинтересуют тебя. Ищи другой путь.

Только это и спасло меня."

"Это не значит, что «Н-и-Н» – сплошное веселье. Когда я энергично взялась за план книги Рофа и образцы глав, я одновременно испытывала небывалое вдохновение и была в полном ступоре. Я располагала лишь клубком видений в своей голове, жгучей паникой, что никто не возьмется за серию, никто не купит книги, а также убеждением, что у меня не выйдет описать что-то столь сложное и взаимоувязанное, как мир Братства.

Словно берешься управлять самолетом, когда сам едва способен справиться с ве­лосипедом.

Созерцая огромный чистый лист на экране компьютера, я понимала, что должна унять тревогу, и, учитывая тот факт, что засунуть голову в тиски – вовсе не решение, я за­ключила с собой соглашение: я напишу историю такой, какой она была в моей голове, и сделаю это для себя и только для себя. Не позволю встать на моем пути всяким у-тебя-не-получиться, это-против-правил и лучше-не-рисковать. Увиденное в моей голове окажется на странице.

Мое правило номер два? Пиши. Громко.

Возьми увиденное и воплоти в реальность на максимуме своих возможностей. Все­гда проще сдать назад, чем продвинуться вперед в процессе редакции, и, думаю, чем храбрее ты в своей первой рабочей версии, тем, скорее всего, ты будешь честнее с уви­денным в своей голове.

Поэтому да, таков был план, и я была довольна решением, к которому пришла. Но с готовым решением пришла проблема.

Как мне выполнить план?

Со всем, что я увидела, и несколькими побочными сюжетами и повествованиями, я оказалась в тупике, когда дело дошло до первого наброска истории. После короткого при­ступа паники, я, в конечном итоге, обратилась к своей юридической практике. В юридиче­ском колледже, ты учишься, создавая многотомные конспекты из материала, который дают в классе. Когда ты закончишь приводить все в порядок, успеешь выучить сам мате­риал… то есть сам процесс, не обязательно результат, несет значительную выгоду.

Размашистые конспекты были и продолжают быть самым важным моим инстру­ментом.

До Братьев я начинала с беглого изложения, единственная его цель – передать ре­дактору в качестве наводки на то, к чему я иду. Большая часть моих замыслов реализовы­валась в процессе первого написания… это полностью неэффективное и отчасти опасное дело. Например, я уводила героя и героиню в эмоциональные ситуации, которые не рабо­тали, запутывала их мотивы и проблемы, сбивалась с темпа написания… а порой все и сразу. Конечно, в конце концов, я разбиралась со всем, но приходилось штудировать тонны страниц и сидеть на шее своего редактора в процессе проверки.