Моя. По закону мести

 – Сурова ты, однако, Евдокия Андреевна. Небось, и двойки ставишь?

– Если ученик заслужил, то ставлю, – повела плечом девушка и вдруг осеклась: – Ставила. Теперь, скорее всего, не придется.

– С хер… с какого перепугу? – уточнил Ирбис, а смеющийся взгляд вновь превратился в цепкий и сосредоточенный.

– По месту работы приходили из банка. Рассказали о долге и о суде. Словом, директору это не понравилось. И на работу я не вышла сегодня, – честно рассказала Дуня.

Лифт уже прибыл на место. Дверцы разошлись в стороны, однако Георгий нажал на кнопку, чтобы закрыть их.

– Подробнее давай. Что за долг? – потребовал мужчина.

Дуня шагнула назад, потому что Ирбис вновь навис над ней гранитной скалой. И давил так, что пришлось выложить все сведения, без утайки. Да и как ему врать, если он, точно детектор лжи, видел ее насквозь?

– Отец сказал, что на меня оформлен кредит. Обещал выплатить все, если я приду к вам… к тебе, – выдохнула Дуня.

Георгий молчал, ждал. А Дуня ни вырвать руку не могла из цепких пальцев Ирбиса, ни убежать. Кабинка крохотная совсем в сравнении с этим мужчиной, который, казалось, от недовольства, стал еще больше.

– А ты, значит, кредит не брала? – продолжил допытываться Ирбис.

– Нет, конечно! Да и зачем мне? – искренне удивилась Дуня.

Георгий какое-то время молчал, сверлил ее лицо проницательными темными глазами.

– Действительно, зачем, – задумчиво повторил мужчина, – кредит тебе без надобности.

Дуня пожала плечами, словно не знала, что сказать, а потому соглашалась с собеседником.

Ирбис вновь нажал на кнопку. Двери лифта разъехались. Мужчина потянул ее за руку, понукая идти рядом.

Как и этажами выше, здесь не было посетителей. Зато было несколько шикарных кафе, кофеин и ресторан.

Именно к стеклянной стене последнего Георгий и привел Дуню. Им навстречу вышел молодой мужчина с дежурной приветливой улыбкой."

"– Георгий Матвеевич! Ваш столик готов, – отчитался незнакомец и перевел взгляд на Дуню.

В отличие от той же Лианы, которая не самым приветливым взором одарила Дуню при встрече, молодой мужчина улыбнулся ей тепло.

– Вам как обычно, Георгий Матвеевич? – продолжал любезно интересоваться мужчина. – А вашей даме?

– А моя Евдокия Андреевна будет…, – приглушенно, но весьма разборчиво и четко изрек Ирбис, ведя Дуню за собой, а оказавшись перед столиком с удобными диванчиками, взглянул на спутницу, – Дуняша, чего тебе хочется?

– Кофе. Капучино, – несмело, все еще пребывая в удивлении, ответила Дуня.

Дуняша? Он ее назвал Дуняшей? Наверное, только мама ее так и называла. Еще в детстве.

– И мне давай кофе, Семен, – кивнул Ирбис.

Мужчина удалился, а Георгий помог Дуне занять свое место за столиком. Сам сел рядом, что слегка порадовало, и вместе с тем расстроило.