Путеводитель по Лукоморью

Бывает, конечно, что на площадь к мастерской художницы менты приезжают, но повод обычно пустяковый: одна паломница другую пихнула и пошла у них драка. Воровства нет. Знаешь почему? Ирина никогда не подойдет к человеку, у которого грех на душе. Она только светлым людям помогает, вот паломники и ведут себя пристойно. Ну, сдадут у кого-то нервы, обзовет он соседа по толпе, треснет его по носу. Это ерунда, не считается. А чужое спереть – дело серьезное. Да и на мой велик вряд ли кто глаз положит, чай, не джип навороченный. Тебя как звать?

– Элеонора, – быстро представилась я.

– Ну а я Тамара, – сказала продавщица.

– Эй, бабы! – раздался хриплый мужской голос. – Торгуете или дурью маетесь?

Я обернулась и увидела тощего мужичонку в сильно измятых брюках и короткой куртенке, пытавшейся прикинуться кожаной.

– Что желаете? – услужливо поинтересовалась продавщица.

– Давай бутылку, – деловито приказал незнакомец.

– Есть вишневый и яблочный, – сообщила Тамара. – Вам какой?

– Эй, ты чего несешь? – скривился покупатель.

– Говорю, сок у меня двух видов, – спокойно пояснила торговка. – С утра был еще апельсиновый, но закончился.

– Во дура… – покачал головой мужичок. – Водку доставай!

– Извините, спиртным не располагаю, – твердо заявила хозяйка малого бизнеса, – у нас в городе сухой закон.

– Ну ваще! – аж покраснел от негодования покупатель. И тут же возмутился еще больше: – Хорош брехать! Вон в витрине бутылка стоит!

– А вы цену видели? – вздохнула Тамара. – Четыреста пятьдесят рублей, и это…

– Во блин, – не дал ей договорить дядька, – ноль-то я не приметил. Офигела совсем? Заломила цену! Давай обычную водяру!

– Я уже объяснила, – начала сердиться хозяйка ларька, – в Беркутове запрещена продажа горячительного. Приобрести выпивку здесь не получится. У меня выставлен шоколад.

– Чего? – попятился выпивоха.

– Присмотритесь, – устало предложила Тамара, – и увидите: бутылка пластиковая, набита конфетками. Это набор «Ассорти».

– Какого хрена шоколадки в пузырь упаковали? – заорал дядька. – Вот дурят народ, обманывают!

– Вопрос к производителю, – развела руками продавщица, – он небось соригинальничать решил.

Дядька пнул ногой по стене ларька и нетвердым шагом двинулся за угол.

– Видала? – неодобрительно спросила продавщица. – Попадаются же такие кадры. Его жена или мать с собой к Богдановой потащила, поостереглась это сокровище дома одного оставить. Небось горе в семье, ребенок болен или из взрослых кто, а у мужика трубы горят, бегает, «огнетушитель» ищет. И зачем бабы таких дома держат? Это, по-моему, от комплекса неполноценности, боятся, что на них никто больше не позарится, вот и цепляются за алкоголиков.

– В Беркутове сухой закон? – с недоверием спросила я.