Любовь по инструкции

Впрочем, это ты можешь у него спросить сама. Даю трубку? — и протянул телефон Кириллу.

Волк недоверчиво посмотрел на сотовый, потом — на Верховного.

— Альфа?

— Ответь. Там кое-кто хочет с тобой поговорить.

— Слушаю, — осторожно проговорил Дёмин, и его обдало жаром, потом окунуло в прорубь.

— Добрый день.

— Таня? — Кирилл не верил своим ушам. Оглянулся на Верховного, но тот стоял к нему спиной, лицом к окну.

— Таня? — повторил ещё раз. — Кто ты? Ответь!

— Голос не забыл, радует, — негромко ответила женщина.

Кирилл прерывисто вдохнул и — сел, где стоял. Прямо на пол, вернее, на толстый зеленый ковер, в ворсе которого утопала вся ступня.

Наверное, если бы он сел на глыбу льда или битое стекло, то, также, не заметил бы.

— Таня… Дети?

— Рядом со мной.

— Адрес! Я немедленно выезжаю!

— Стой, не спеши, — женщина говорила спокойно. — Не хочешь узнать, что случилось, почему я жива?

— Всё — потом, — отрывисто бросил Кирилл. — Говори, где ты, я вас заберу.

— Как прошли роды, как здоровье? — тихо продолжала женщина.

— Потом поговорим. Дети здоровы? Говори адрес!

— Мы поговорим сейчас, — твердо ответила женщина. — Или не поговорим никогда.

— Ты на другом континенте? Я сам за вами вылечу. Канада, да? Дома со всем разберёмся.

— Я никуда с тобой не поеду, — ответила Татьяна, удивляясь, как она могла раньше не видеть этой черствости и «я сам знаю, что для тебя лучше»."

"— Не говори ерунды! — с досадой бросил Кирилл, косясь на спину Верховного. Свидетелей беседы с беглой женой иметь не хотелось, но не попросишь же его выйти из собственного кабинета? Надо было скорее получить адрес, забрать самку, а потом уж, выяснять отношения. — Ты — моя пара, у нас — щенки. У тебя есть причина обижаться, я признаю. И прощаю тебе инсценировку смерти, из-за которой я чуть не поседел. Говори, откуда тебя забирать.

— Передай трубку Верховному.

— Зачем?

— Это его телефон. Передай ему трубку!

Кирилл удивился властным, твердым ноткам в голосе волчицы.

— Татьяна, обещаю, мы обо всем обязательно поговорим! После. Когда ты и дети уже будете дома.

— Мы УЖЕ дома, — ответила Татьяна, выделяя голосом. — У НАС дома, не у тебя. Ты, по-прежнему, слышишь только себя. Мы поговорим, когда ты будешь готов слушать и слышать.

И звонок оборвался.

— Где ж тебя делали, такого, — Волков подбирал слово, — чёрствого, бессердечного? Твоя пара, говоришь? Ты, даже не поинтересовался, как она. Хоть, обрадовался, что жива?

— Конечно, обрадовался. Только, Татьяна странно говорила. Не сказала, где находится, зато заявила, что уже дома, и не хочет ехать в клан. Верховный, вы знаете, где мои дети? Я должен их забрать как можно скорее!

— А, их мать?

— Куда она от детей денется? Поедет следом.