По лезвию грани

Ее запасы начали истощаться, словно магия вытягивала из нее саму жизненную силу. Она направила поток глубоко в печень. Он потек по воротной вене, разветвляясь подобно красному кораллу внутри хрупких тканей органа. Золотые искры освещали кровеносные сосуды изнутри. Она начала восстанавливать стенки, погружая всплески магии в долю печени, чтобы исправить повреждения.

Его температура и кровяное давление снова упали."

"Она вдавила больше магии в поврежденные ткани, пытаясь вывести тело из шока. Он боролся с ней, но она закрепила его своей магией и отказывалась отпускать. Он останется с ней. Он никуда не уйдет. Смерть хотела его, но Шарлотта потребовала его, и он был ее. Она не могла создать новую жизнь, но она могла бороться за существующую всем, что у нее было. Смерть просто обойдется без него.

Сердце его трепетало, как раненая птица. Ему грозила остановка сердца. Она обернула свою магию вокруг его сердца, убаюкивая его одной петлей потока, в то время как другой лихорадочно зашивала разрывы в его плоти. Каждый удар сердца резонировал в ней.

Пульс.

Останься со мной.

Пульс.

Останься со мной, незнакомец.

Очаги поражения в печени закрылись. Кровяное давление стабилизировалось. Наконец-то. Шарлотта связала поврежденную мышцу и ускорила выработку крови.

Теперь ты мой. Сегодня ты не умрешь.

Дыхание мужчины выровнялось. Она поощряла кровообращение и держала его, наблюдая, как поднимается внутренняя температура. Она сжигала те скудные запасы жира, которые у него были, чтобы генерировать клетки крови. Их было немного — он практически весь состоял из мышц и кожи.

Внутренняя температура приблизилась к норме. Сердце пульсировало, ясно и стабильно.

Она еще немного подержалась за него, просто чтобы убедиться, что он миновал опасную точку. У него было сильное, здоровое тело. Он поправится.

Шарлотта медленно, понемногу высвободилась и откинулась назад. У нее закружилась голова. Ее руки были в крови. У нее зачесался нос, и она потерлась о него тыльной стороной запястья, ошеломленная и оторванная от реальности.

Мужчина лежал рядом с ней, его пульс был ровным. Она судорожно глотнула воздух. Она запыхалась, словно пробежала какой-то сумасшедший спринт. Знакомая после заживления усталость удерживала ее на месте. Мышцы болели. Усталость пройдет через минуту. Во время ее учебы в Колледже за трудным экстренным исцелением обычно следовал дневной постельный режим для целителя, но она больше не исцеляла кого-то каждый день. Она не была близка к своему пределу.

Она снова победила смерть. Облегчение затопило ее. Эта жизнь не должна была закончиться. Этот мужчина выживет, чтобы увидеть свою семью. Она сделала так, чтобы это произошло, и вид его груди, поднимающейся в ровном ритме, сделал ее глубоко счастливой.