По лезвию грани

Она догнала его, и они вместе зашагали по извилистой тропинке. Собака побежала в сторону, чтобы исследовать цветы.

— Я смотрю, ты привела свою собаку. Ты наконец определилась с кличкой?

— Да. Я думаю, мы должны называть его Каллис.

— В честь Великого тана? — Паук улыбнулся.

— У них один и тот же тип грубого достоинства. Куда вы направляетесь?

Жесткое лезвие ее короткого меча, единственного оружия, которое можно было спрятать под платьем, согревало бедро. По обеим сторонам дорожки цвели розы, розовые, темно-красные и кремовые, их бархатные лепестки источали изысканный аромат.

— Я явился сюда, чтобы сорвать эту свадьбу, — сказал он.

— Но почему? Вам не нравится маркиза?

— Нравится. На самом деле я ее очень люблю. Она прекрасный пример лучшей благородной крови. Но я патриот, моя дорогая. А иногда потребности моей страны вступают в конфликт с моими личными симпатиями.

— Я понимаю, — сказала она. — Долг. — Он не был монстром по своей воле, о нет. Он был патриотом. Единственная разница между обычным психопатом-садистом-убийцей и Пауком заключалась в том, что у него был мандат Луизианы быть таковым.

— Да, — кивнул Паук. — У маркизы большие земельные владения. Не в наших интересах было допустить, чтобы эти земли попали под влияние адрианглийцев. Я планировал нечто весьма впечатляющее. Но настоящий профессионал знает, когда ему отступить. Они сами создали такой великолепный хаос, что я не могу внести в него ничего другого. Мне пора уходить со сцены.

Он замолчал. Они стояли в самом центре сада, где тропинка образовывала кольцо.

— Мне очень понравилось твое общество. Ты очень умная, — сказал Паук. — У тебя есть способность рассуждать и сохранять непредвзятость. Если ты разовьешь в себе честолюбие, оно унесет тебя далеко. Желаю тебе удачи, моя дорогая. Я буду следить за тобой, если смогу. Мне интересно посмотреть, как далеко ты зайдешь.

— Как развить честолюбие?

Он склонил голову набок.

— Ты когда-нибудь чего-нибудь хотела? Что-то, чего ты не можешь иметь? Что-то, что является желанием твоего сердца?

— Конечно.

— Убеди себя, что это должно быть у тебя. Осознай, что оно принадлежит тебе по праву твоей силы, или разума, или простого желания. Протяни руку и возьми. Понимаешь?

О, она понимала. Она все прекрасно понимала.

— Прощай. — Он отвернулся. Он уже собирался выйти из сада. Возможно, у нее никогда больше не будет такой возможности.

— Лорд Себастьян?

— Да.

Она опустила руку в скрытую складку юбки.

— Хотите знать, чего хочет мое сердце?

Паук повернулся к ней с легкой улыбкой на губах.

— Очень. Так что же это, милая?

Она вонзила нож ему в грудь, растянув вспышку на лезвии на крошечную долю секунды.

Паук ахнул.

Она прижала его к себе и пронзила лезвием его внутренности, рассекая мягкие ткани органов.