По кличке Рейнджер

Направился к синему фургону. И доложил:

– Я знаю, – кивнул невысокий усатый человек лет сорока в стильном костюме.

– Что дальше? Вы обещали…

– Что с твоей шкурой ничего не случится.

Жиган сильно надеялся на это. Ибо больше ему надеяться не на что… Его взяли утром на улице. Взяли тихо, не привлекая внимания. Идущий навстречу человек споткнулся на ровном месте. Жиган отступил, едва не налетев на него, и вдруг ощутил, как в ногу впилась игла. Дыхалку перехватило. В голове загудело. И свет померк. Споткнувшийся поднялся и подхватил падающее прямо на него тело.

Очнулся Жиган в каком-то подвале привязанным к зубоврачебному креслу. Рядом был разложен инструмент. Жигана много били в его жизни. Он привык терпеть боль. Ученые говорят, что болевой порог у цыган (а эта кровь в нем есть), негров и китайцев, а также у прожженных блатарей гораздо выше, чем у остальных людей. Но тут дело обстояло куда хуже, чем в компании с прапорщиками-выводными, вооруженными резиновыми дубинками и охаживающими по ребрам. Там он знал – вряд ли его убьют и сильно искалечат. Так, жизни поучат. А тут?

– Менты? – спросил он.

– Помечтай, – усмехнулся усатый здоровяк, рассматривавший его как какую-то слизь.

– Почти угадал… Ладно, Жиган. Ближе к делу.

– Ближе к телу, – брякнул Жиган, готовый точить лясы даже перед палачом.

– Будет и к телу, если станешь упорствовать… Делай, что мы говорим. «Елочку», которая лежит на хате на Волгоградке, ты передаешь Маккерфи. Деньги – на наш счет.

– Так это наезд? – с мрачным удовлетворением произнес Жиган.

– Мечтатель… Вот тебе булавка – это микрофон. Активизируешь его нажатием пальца при начале разговора. Он накопительный. Передает импульсы – на случай, если у них сканирующая аппаратура. Записываешь разговор. Потом возвращаешься к нам. Шаг влево, шаг вправо – побег.

– Прыжок на месте – попытка улететь, – горько усмехнулся Жиган.

– Именно. Карается по всей строгости военного времени… На сколько назначена встреча?

Жиган уже понял, что врать смысла нет. Он давно решил для себя, что во всей Вселенной не найдется предмета дороже его собственной шкуры. И лети все в тартарары, он не допустит, чтобы ее дырявили. Поэтому он выложил все.

При подъезде к месту встречи ему вкатали укол в предплечье, опустошив одноразовый шприц с мутной жидкостью.

– Что это? – заволновался Жиган.

– Успокоительное, – сказал усатый. – Чтобы не дергался и не вызвал подозрений.

И правда, на Жигана накатило удивительное спокойствие, хотя еще минуту назад ему хотелось вешаться.

Тут же последовал второй укол.

– Прививка от ящура? – хмыкнул бандит.

– От дурных мыслей. Органический яд – действие начнется через четыре часа. Паралич дыхания. Удушье.