Измена по-венециански

— Я вижу ангелов! Они здесь! Они повсюду! — закричал с койки Истон.

Винченти отправился обратно.

Теперь Истон был слеп. Винченти не мог бы с уверенностью сказать, что разрушило его сетчатку — высокая температура или вторичная инфекция.

— Здесь и сам Господь! Я вижу его!

— Конечно, Чарли. Конечно, ты их видишь.

Он проверил больному пульс. Кровь толчками пробивала себе дорогу через сонную артерию, сердце стучало как барабан. Следующий шаг — измерить кровяное давление. Оно почти угасало. Температура тела оставалась все на том же уровне — 39,4°.

— Что мне сказать Богу? — спросил Истон.

Винченти опустил взгляд на партнера.

— Поздоровайся с ним.

Затем он пододвинул стул ближе к койке и стал наблюдать за тем, как смерть берет свое. Конец наступил через двадцать минут и не выглядел ни страшным, ни болезненным. Просто последний вдох. Долгий и глубокий. А выдоха уже не было."

"Винченти пометил в дневнике дату и время смерти, взял образцы крови и тканей. Потом он завернул бездыханное тело в тонкий матрас с пропитавшимися потом простынями, вынес эту зловонную ношу из здания и перетащил ее в соседнее строение. Там его уже ждали острый как бритва скальпель и хирургическая пила. Винченти натянул толстые резиновые перчатки и отделил ноги мертвого от туловища. Резать истощенную плоть было не труднее, чем вареную курицу. Затем Винченти ампутировал руки, сунул все четыре конечности в печь и, не испытывая никаких чувств, смотрел, как их пожирает огонь. Лишенное рук и ног, тело вместе с головой легко прошло сквозь железную дверцу. Закончив с этим, он разрезал на четыре части матрас, после чего кинул в огонь и их, а заодно — простыни и перчатки.

Закрыв дверцу печи, он, пошатываясь от усталости, вышел наружу.

Все. Кончено.

Винченти опустился на каменистую землю и стал смотреть в ночь. На фоне горных склонов цвета индиго к небу вытянулся еще более темный силуэт трубы импровизированного крематория. Из нее поднимался дым, пахнущий горелой человеческой плотью.

Он откинулся на спину и погрузился в благословенный сон.

Винченти помнил тот сон вот уже двадцать пять лет. Ирак. Что за ад! Жаркий и убогий. Одинокий, изолированный от всего мира край. К каким выводам пришла комиссия ООН после первой войны в Заливе? «С точки зрения выполнения отведенных им функций все сооружения и их оборудование полностью устарели, хотя в царившей в тот период лихорадочной атмосфере многие полагали, что они находятся на высочайшем уровне технического развития». Все правильно. Эти эксперты не были там. А он был. Молодой, стройный, с головой, полной волос и мозгов. Подающий надежды вирусолог.