По-другому (СИ)

После первого же гудка на том конце связи рявкают:

– Меринов!

Ух ты ж черт! Почему так быстро? Я даже не успела отрепетировать свою речь.

– Алло!

– Д-да, да. Здравствуйте, Ефрем Харитоныч. Это Вероника Рожкова. Вы, наверное, не помните, но…

– Склерозом я не страдаю. Что у тебя случилось?

Нет, ну какой же он все-таки!

– Не у меня. Мы были с дочерью в поликлинике и случайно встретились с вашим сыном…

– Что с ним?

– С ним все хорошо! Вы не беспокойтесь. Он был здесь с классом на медосмотре…

– Я в курсе. И?

– И немного отстал, – понизив голос, чтобы ненароком Макса не обидеть, добавляю: – Сидел на стульчике, как мне показалось, очень напуганный.

– Макс не напуганный! – фыркает парень.

– Оу, может, тогда сам поговоришь с папой? Ефрем Харитоныч, я передаю телефон Максу.

– Погоди, Вера. Домой его отвезти сможешь? Я у черта на рогах. Вернусь, дай бог, часа через три.

Голос Меринова звучит еще более отрывисто, чем я запомнила. И это так явно выдает тревогу этого мужика, что мне становится даже немного завидно. Жаль, не всякий отец способен переживать о своем ребенке.

– Я же своим ходом, Ефрем Харитоныч. Может, вы жену попросите подъехать?

– Я не женат, – не без раздражения в голосе отмахивается тот. – Такси сможешь вызвать? Я все оплачу.

Блею что-то невразумительное, соглашаясь. Пообещав позаботиться о Максе, я отбиваю вызов и со вздохом прошу:

– Только не говори, что твой номерок от гардероба остался у учительницы.

Макс резко дергает головой. Просовывает руку в карман и достает заветный кругляшок.

– Отлично. Тогда пойдем? Такси уже вот-вот подъедет.

Ситуация абсолютно дурацкая. Мне хочется как-то облегчить ее хотя бы для Макса. Но там столько «но»… Он не любит чужих (привет таксисту), он не любит находиться с кем-то так близко, как это подразумевает теснота салона машины. Все что я могу, чтобы предоставить ему немного больше пространства – самой сесть вперед. Так и едем. Юлька, поосвоившись, опять принимается за попытки вовлечь Макса в разговор. Но если со мной он все же нехотя говорит, то мою дочь по большей части игнорирует. Видно, в его системе связей я, в отличие от Юльки, уже не чужой человек.

– Так тебе сделали прививку?

Не отводя взгляда от окна, Макс задирает рукав, чтобы продемонстрировать Юльке место укола. Небось, надеется, что после этого она от него отстанет. Ага, как бы не так. Вместо этого дочь чуть ли не с гордостью сообщает:

– У меня больше пятно!

– Большое пятно свидетельствует об аллергической реакции.

– А маленькое? – тут же включается в диалог моя дочь.

– О ее отсутствии.

– А среднее? Не маленькое, не большое?

– Юлька, перестань, – смеюсь я. А Макс прямо-таки озадачивается.

– Ни то ни се? – подсказывает дочь. Парень неуверенно ведет плечом и еще сильней натягивает на голову капюшон.