По дороге разочарований… (СИ)

Вот только хочу предупредить, что на линии огня первым стоит дядя Миша, и большая часть картечи достанется именно ему. Я же надеюсь, что к тому времени успею упасть на пол, и окажусь за стойкой, за которой сейчас и стою. Конечно, кое-что достанется и мне, и будет очень больно. Но дядя Миша, к этому времени, будет беседовать со святым Петром или Николаем, я не помню точно, кто именно стоит у ворот в ваш иудейский рай. А вот потом, вы, Ёся, будете иметь дело уже со мной. И поверьте вам это совсем не понравится. Меня, в отличие от вас, этому учили.

От моих слов, мужчина, слегка растерялся. Похоже до него действительно дошло, что своим выстрелом, он в первую очередь застрелит своего дядюшку. И вдобавок ко всему, до него дошло и то, что клиент не только понял то, что произнес ювелир, но и сам прекрасно изъясняется на русском языке.

— Вы, русский? — удивленно произнес он.

— Это неважно, но мне кажется, вам стоит, наконец опустить ваше ружье, на котором вы кстати забыли взвести курок, и застегнуть свой гульфик. А то создается впечатление, что вы собрались напугать меня надругательством над вашим дядюшкой. До меня вам было бы, добраться гораздо сложнее, но совет, как это сделать лучше, я дать могу.

Услышав мои слова, ювелир резко обернулся назад, а парень быстро опустил руку вниз, и принялся шарить в районе гульфика, пытаясь прикрыть свой срам. Ювелир уже не обращая внимания на меня вскричал.

Парень покраснел так, что все это стало заметно даже в полумраке комнаты, и уронив на пол своё ружье, которое от падения сложилось пополам, будучи неисправным, развернулся и выскочил за дверь, громко хлопнув ею за собой. А ювелир, устало опустился в кресло достал из одной из небольшого шкафчика, крохотный графинчик и две стопочки. Плеснул в обе стопки прозрачной жидкости, одну из стопок протянул мне и со словом — прозит, опрокинул ее себе в рот. Я последовал его примеру. К моему удивлению, это оказалась самая настоящая русская водка. Ювелир между тем, откинулся на спинку своего кресла и устало произнес.

— Вы, не представляете, сэр, с кем приходится работать…

— Вы, не представляете, с кем приходится работать…

— А, вы считаете, что в другом месте как-то иначе.

— В том-то все и дело! Вот казалось бы Изя, приличный мальчик, с самого детства играл на скрипке, учился лучше всех в школе, выпустился третьим в потоке, и вдруг такое. Я даже боюсь произносить это вслух, но думаю, вы и сами понимаете о чем я. Несчастная любовь, и на тебе, подростковые комплексы, перешедшие во взрослую жизнь.

— Жениться ему пора.

— Жениться? У него уже двое детей и жена красавица, так нет же, как увидит картинку в журнале, съезжает с катушек. Впрочем, давайте вернемся к нашему делу. Вы же должны понимать, что двести долларов, это много.