По дороге на Оюту

— Ты раньше был в такой?— проведя ладонью по пластику, я попыталась поковырять его ногтем.

— Да. В колониях на астероидах эпидемии нередко. Порою, мы специально заразу растаскивали, чтобы передохнуть в карантине. На рудниках работа не сахар, выматывает быстро.

— На рудниках… – повторила я. – Ты был в тюрьме за орбитой Нептуна?

— За орбитой Плутона, солнышко. В аду я был ледяном.

Наш разговор прервал резкий визжащий гудок, разнесшийся по всему отсеку карантина.

— Ложись быстрее и не шевелись, — скомандовал Демьян.

Я послушалась мгновенно и закинула на лежак босые ноги. Выпрямившись, улеглась во весь рост и тут же заметила, что моему марионеру пришлось поджать чуть ноги, чтобы уместиться на койке. Какой же у него рост, раз ему лавка мала?

А стопы?! Да они огромны!

— Что не так? – Демьян, видимо заметя, как я неприлично таращусь на его огромные ступни, забавно поиграл пальчиками.

— Как ты себе обувь с таким размером покупаешь? Такие ботинки вообще существуют? – выпалила я, особенно не задумываясь о том, что спрашиваю. С Демьяном было легко, можно было не подбирать слова и не мучиться, обдумывая непроизнесенные фразы.

— Ну, это не всегда легко, но босым, как правило, не хожу. Я даже для представителя своей расы крупный очень. А как ты с такой маленькой ножкой обувь покупаешь? В детских отделах?

Демьян с хитрецой глянул на меня и поджал губы, чтобы не рассмеяться.

— Ничего подобного, – поддалась я на провокацию, – у меня нормальный размер ноги.

Вокруг что-то зашипело, и этот звук заставил меня умолкнуть. Из четырех углов пола капсулы хлынул клубящийся пар.

— Это дезинфекция, — пояснил Демьян, — ничего страшного, но старайся глубоко не вдыхать.

Сделав глубокий вдох, я замерла. Комнатка быстро наполнилась дымом. Он неприятно щекотал нос, но переносился не так тяжко как тот, что был в отсеке. Через пару минут все рассеялось и снова стало легко дышать.

— Анита, все хорошо? – раздалось из соседней капсулы.

— Да, — прошептала я, – только холодно стало.

— С этим ничего не поделаешь, малышка. Тепло не будет. Поспи немного.

Пространство вокруг погрузилось в тишину. Иногда мимо нас проводили пассажиров, но их становилось все меньше и меньше. К концу дня оказались занятыми чуть больше половины. Помимо камеры Демьяна, моя капсула соседствовала еще с двумя. В одной обитал толстый мужчина-человек, во вторую поместили нелюдя неизвестной мне расы. Он явно был гуманоидом, но лысый бугристый череп и огромные на пол-лица глаза никак не выдавали в нем человеческие корни.

Этот мужчина-инопланетянин вел себя весьма странно. Пометавшись по камере, словно лев в клетке, он замер и вместо того, чтобы лечь на койке, завалился прямо на пол.