По дороге на Оюту

Пассажиры вскакивали и неслись сломя голову, не разбирая, кто болен и куда прятаться. Я как завороженная наблюдала, как двое нелюдей затеяли драку за верхнюю полку прямо над телом, даже не понимая, что при разрыве мягких тканей пораженного носителя их зацепит в первую очередь. Не соображая, что творю, тихо откинула край одеяла, всматриваясь в то, что находилось под ним. Сзади сильно дернули за плечо, но я лишь отмахнулась. Время до высвобождения личинок еще было, главное – узнать какой по счету это носитель.

— Анита, надо прятаться, – прошипел над ухом, проснувшийся в общей суматохе, Демьян.

— Подожди, – вновь отмахнулась я от него, – нужно сначала понять, от чего прятаться.

— Да что ты там поймешь? Уходим! – меня вновь дернули за руку. – Уходим, я тебе сказал.

— Да погоди ты, – вскрикнула я на него. – Куда прятаться? Вниз или наверх, а если там третий переносчик? Это надо знать!

— Да как ты узнаешь, Анита? Брось одеяло, уходим, – настаивал Демьян и, схватив меня за запястье, не разбирая дороги, потащил в сторону выхода.

— Лучше залечь под кровать, заразой не накроет, – зло прошипел он. – Весь этот перелет изначально с душком был.

— Почему на пол? — недоуменно спросила я

— Обычно первых носителей пропускают незамеченными, — проворчал он упорно таща меня ближе к запертым дверям в отсек.

Мне же не давало покоя то, что я не знаю, что это за мужчина там лежит под грязной тряпкой. Какой по счету он носитель? Демьян прав. Если он первый хозяин, то лучше, конечно, спрятаться под кровать и укрыться, чтобы при разрыве мягких тканей на кожу и слизистые не попала жидкость с мелкими личинками червя, похожими на головастиков, только микроскопических.

А если нет? Если он второй или третий носитель? Тогда пол окажется смертельно опасным местом.

— Демьян, отпусти меня, пожалуйста, – требовательно попросила я. – Нам просто необходимо осмотреть тело.

— Ты что, с ума сошла? Он же болен ургской чумой. Его разорвет с минуту на минуту.

— Не разорвет, – уже злясь, процедила я. – Еще уйма времени. Нам нужно знать, что у него внутри, это важно, понимаешь! Если там личинка или взрослый червь, на полу нам придет конец, и перепрятаться не сможем. Я не хочу умирать такой страшной смертью, – в запале я ткнула пальцем на раздувающегося бедолагу.

— Хорошо, – примирительно согласился со мною Демьян, глядя мне в глаза, – как ты поймешь?

— Я медик, не квалифицированный доктор, конечно, но все же, – спокойно ответила я, чуть повысив голос. Вокруг была такая паника, стоял такой ор, что приходилось самой кричать. — Просто доверься мне, пожалуйста, – выдернув свою руку, я подбежала к раздувающемуся телу и вновь приподняла край одеяла.

Нелюдь был еще жив, но явно в коме. Закатив глаза, он лежал, опрокинувшись на спину.