По дороге на Оюту. Наперегонки со временем

Всё это время миранец не сводил с меня взгляда, улавливая каждую эмоцию, вслушиваясь в каждый вздох.

- Назови причину, Криста, - тихо шепнул он.

- Здесь в комнате моя дочь.

- Наш ребёнок крепко спит. Есть ещё причины?

Сделав глубокий вдох, я зажмурилась.

- Криста?

- Я не готова стать женщиной в дешёвой комнатке непонятно в какой космической дыре в присутствии собственной дочери, - выпалила я и прикусила губу. Хотелось просто закрыть лицо руками.

- Только это? К тому, кто сделает тебя женщиной, нареканий нет?

Сжав губы, кивнула.

- Я не слышу тебя, детка.

- Ты мне очень нравишься - выдохнула я, - но я прошу тебя...

Ладонь, оставив в покое грудь, снова легла на мой рот.

- Всё, что мне нужно было сейчас, я услышал, - шепнул он мне на ушко. - Я, конечно, много чего в жизни совершил. В трёх системах меня заочный арест ожидает. Но я никогда не опускался до насилия над женщиной. Я не трону тебя против твоей воли, даже если ты будешь спать голенькая на мне. Но мне противно видеть твой страх передо мной. Мы сейчас ляжем с тобой в эту постель, я тебя обниму и буду спать. А утром мы укутаем нашу девочку потеплее и стартанём на Оюту.

Я не ожидала таких слов. Всматриваясь в его лицо, пыталась понять, правду ли он говорит.

- Что за выражение, детка? - улыбнувшись, он снова коснулся моих губ большим пальцем.

Я продолжала молчать.

- Криста?

- Что происходит между нами? - шепнула я. - Что ты хочешь от меня, Сунир? Только предельно честно ответь.

Он скривился и, наконец, убрал руку, освобождая мои запястья.

- Ложись хорошо: ближе ко мне и подальше от холодной стены.

- Не ответишь, да? - я поняла, что он меняет тему.

- Не люблю я откровенничать.

- А всё-таки?

Удобно устроившись под одеялом, я натянула его на самый нос.

- Скажи, ты действительно готова заплатить чем угодно, если я довезу вас до Оюты? Замерев от неожиданности, пыталась сообразить, почему он так резко снова сменил тему.

- Ты сказал, против воли не возьмёшь, - прошептала я.

- Так мы вроде выяснили, что дело в обстановке, а не в обладателе аппарата по лишению девственности.

Прикусив губу, я кивнула.

- Я заплачу чем угодно, - мне было страшно произносить эти слова.

- Тогда условия такие: по прилёту мы отправляем Юлу в больницу. Я записываю её как свою дочь и регистрирую вас. Но ты молча киваешь, когда тебя вносят в базу данных как Кристу ми Сол.

- Не поняла? - я боялась верить в то, что слышу.

- Мне мало твоего тела на один-два раза, - стиснув зубы, прошептал он. - Я помогаю тебе -в обмен ты становишься моей женой. Законной. Но учти, у гурсан, как и у миранцев, нет такого понятия как развод. Одно ""да"" делает тебя моей на всю жизнь.

- Но почему? Не проще ли с меня стребовать денег? - не знаю, что я хотела от него услышать. Наверное, о том, что он чувствует ко мне.

- Нет, денег я с тебя не потребую.