Чувства по контракту

Или это мое? Аверин скрипит зубами, словно сдерживает ругательства. Он такой скрытный, что даже сейчас пытается контролировать себя.

Я провожу пальцами по его жестким волосам.

Не знаю, что еще сделать.

Мне самой становится плохо, причем на физическом уровне. Я вообще не переношу страдания других людей. Не могу смотреть, когда кому-то делают укол.

Не знаю, сколько времени это длится. Секунды перестают быть измеряемой величиной, да вообще все правила уходят прочь. Я забываю, что передо мной грозный босс с арктической харизмой, и продолжаю почти что обнимать его. Я чувствую под подушечками пальцев его напряженные фактурные мускулы, которые прятал деловой костюм. А свежий аромат его парфюма наверняка уже впитался в мою блузку."

"– Мне легче. – Нил Андреевич приходит в себя и сразу отстраняется. – Достаточно…

– Нил! – раздается незнакомый голос из соседней комнаты.

Я вскакиваю на ноги, словно меня облили кипятком. Аверину не приходится ничего говорить, я без его подсказок понимаю, что посторонние люди здесь не нужны. Я резко разворачиваюсь и бросаюсь к двери гардеробной. Захлопнуть ее я успеваю в самый последний момент.

– Добрый день.

Я не придумываю ничего лучше, как поздороваться с гостьей еще раз. Это Ирина Ванговская – она как раз та самая хозяйка автодрома и дама, которой Аверин дарит розы раз в две недели. Она щурится, оглядывая меня с ног до головы. А я прижимаюсь спиной к двери гардеробной и пытаюсь утихомирить дыхание. Я думала, что вчера выдался сумасшедший день, но нет! Тут каждый день такой!

– А где Нил? – Ванговская крутит головой, проверяя спальню, вдруг где проглядела высоченного Аверина. – Я хочу с ним переговорить. Лично.

Она произносит «лично» с таким подтекстом, что мне хочется попросить подождать ее минутку и вернуться к своему боссу. Я же говорила ему, что зря он дарит цветы свободной женщине. А он тогда посмотрел на меня, как на идиотку. И кто оказался прав в конце концов?

– Нил в гардеробной? – спрашивает Ванговская. – Вы можете оставить нас, идите к гостям.

Женщина отмахивается от меня, как от назойливого препятствия. А я замечаю, что она отлично поработала над своим внешним видом. На ней темно-зеленое платье с глубоким декольте, на лице профессиональный макияж, добавляющий манящих сексуальных ноток, и высокие каблуки, чтобы казаться стройнее.

– Простите, я не могу вас туда пустить, – произношу на одном выдохе, потому что времени не остается. Она почти что отпихнула меня от двери. Наглости ей, конечно, не занимать.

– Не можете? – Она смотрит на меня так, словно я первый человек за последние десять лет, который посмел ей отказать.

– Мне очень жаль, но Нил Андреевич еще не переоделся…

Я вижу, что у нее готово возражение и на это.