Плутовка

 — Увидев, что Генри чувствует себя неловко, он добавил: — Извини, что наше пребывание здесь доставило тебе неудобства.

— Нет-нет, — поспешила заверить его Генри, — это нельзя назвать неудобствами. Просто… просто ты вынудил меня думать о репутации и тому подобных вещах.

— Вот и хорошо. Ты должна быть готова к тому, что в Лондоне у тебя не будет такой же свободы, как в Корнуолле.

— Знаю. Только… — Она с благодарностью посмотрела на слугу, поспешившего выйти из комнаты.

Данфорд прикрыл дверь. Она продолжила громким шепотом:

— Я знаю, что не должна видеть тебя без рубахи, каким бы красивым ты ни был без нее. Это наталкивает меня на странные мысли, а я не должна поощрять тебя после того, как ты…

— Достаточно, — произнес Данфорд сдавленным голосом, подняв руку вверх, будто защищаясь от этих невинно сорвавшихся с ее губ слов, так будораживших его.

— Но…

— Я сказал, достаточно.

Генри кивнула. Появился хозяин гостиницы, и Генри отошла в сторону, пропуская его. Они молча наблюдали, как тот накрыл стол к завтраку и вышел. Генри села за стол и, посмотрев на Данфорда, произнесла:

— Неужели ты не понимаешь?..

— Генри! — перебил ее Данфорд, испугавшись, что она снова скажет что-нибудь неподходящее, а еще больше своей реакции на это.

— Да?

— Принимайся за свою яичницу.

Прошло немало времени, прежде чем они добрались до пригорода Лондона. Генри не отрываясь смотрела в окно и была очень взволнованна. Данфорд показал ей несколько достопримечательностей, заверив, что позже она сможет осмотреть весь город. Как только Данфорд наймет служанку, которая будет сопровождать Генри, они сразу же отправятся на прогулку. А пока этого не произошло, он попросит кого-нибудь из своих приятельниц показать ей город.

Генри судорожно сглотнула. Его приятельницы, несомненно, вели светский образ жизни и одевались по последней моде. А она всего лишь провинциалка. Ей уже сейчас было не по себе при одной мысли о том, что она не будет знать, как держаться с ними и тем более о чем говорить. А ведь прежде Генри всегда так гордилась своим остроумием и находчивостью!

По мере того как их экипаж приближался к Мейферу, дома становились все более величественными. Генри смотрела в окно, раскрыв рот. Наконец, она повернулась к своему спутнику.

— Неужели и ты живешь в одном из таких особняков?

Я — нет. — Он слегка усмехнулся.

Генри вздохнула с облегчением.

А вот тебе это предстоит.

— Что?

— Не думаешь ли ты, что сможешь жить под одной крышей со мной?"

"— Об этом я не подумала.

— Уверен, тебя приютит кто-нибудь из моих друзей. Я отвезу тебя к себе домой и постараюсь все уладить.

Генри вдруг почувствовала себя предметом багажа.