Ангел во плоти

У нее была старушка Сара. Она сможет вести хозяйство самостоятельно, в этом Анджела была уверена. Но зависело это не от нее, а от Джекоба Мейтленда. Позволит ли он ей остаться на ферме или решит, что она не справится с хозяйством.

Так или иначе, сегодня она выяснит свою судьбу. Джекоб Мейтленд был утром на похоронах, отдал дань уважения отцу и сказал Анджеле, что позже навестит ее. Ей необходимо убедить его, что она сумеет вести хозяйство самостоятельно. Она должна убедить!

Джекоб Мейтленд подъехал в самом красивом экипаже, который Анджела когда-либо видела, – новеньком, выкрашенном блестящей черной краской, с роскошными бархатными сиденьями.

Джекоб Мейтленд был настолько богат, что война не нанесла большого ущерба его состоянию. Он никогда не зависел от урожаев на своей плантации. Да и вообще во время войны его земли почти не обрабатывались. Поэтому люди удивлялись, зачем он приехал на Юг И почему оставался в «Золотых дубах», пока шла война, а не отправился в Европу, где в основном и были сосредоточены его деловые интересы.

Джекоб часто захаживал на ферму к Шеррингтонам, когда Анджела была ребенком, приносил ей конфеты, иногда игрушки. Анджела считала, что приходил он, чтобы проверить, насколько соблюдаются его интересы. Восемь лет назад у Джекоба вышел крупный разговор с ее отцом.

Анджела думала, что после этого их прогонят с фермы, однако все обошлось. Но с тех пор Джекоб Мейтленд больше не появлялся на их ферме. Причину той ссоры она так и не узнала, а по визитам Джекоба скучала.

Он был хорошим землевладельцем, в этом у нее не было сомнений. Даже когда урожай был невысоким, он никогда не жаловался, а во время войны стал брать меньшую долю в уплату. По этой причине Анджела чувствовала себя вдвойне виноватой, когда принимала от Ханны еду, которую та крала у него.

Сейчас Анджела была напугана и удручена.

– Анджела, дорогая девочка, прими мои самые искренние соболезнования, – начал Джекоб Мейтленд. – Должно быть, ты испытываешь сейчас страшную опустошенность.

– Да, это так, – шепотом ответила Анджела, не поднимая глаз.

– Я знал твоего отца почти восемнадцать лет, – тихим голосом продолжал Джекоб. – Он работал на этой ферме еще до того, как я приехал в Алабаму.

– Значит, вы и маму мою знали? – с любопытством спросила она, и глаза ее заблестели.

– Да, знал, – рассеянно ответил Джекоб. – Ей не следовало одной уезжать на Запад. Она…

– На Запад? – взволнованно перебила его Анджела. – Она уехала на Запад? Папа никогда не говорил мне об этом.

– Да, она уехала туда, – грустно сказал Джекоб. – А ты знаешь, что ты – вылитая мать?

– Папа говорил, что у меня такие же глаза и волосы, – с готовностью ответила Анджела, почувствовав вдруг себя вполне непринужденно.

– Не только это, девочка.