Плоть и кровь

Но сейчас он изучал незримые законы коммерции, историю идей. Сьюзен наблюдала за тем, как знания, которые приобретает Тодд, старят его, делают более непроницаемым. И думала о детях, которым она будет нужна, чтобы научить их доброте. Которым будет необходима ее доброта, необходима каждый час.

— Как прошел день? — спросил он.

— Хорошо. Все как всегда. Пойду займусь обедом.

— Ладно.

Она еще раз сжала его плечи и пошла на кухню. Квартира была уютной и безликой. Их первое совместное жилище, которое, впрочем, для Сьюзен почти ничего не значило. Оно было столь очевидно временным — как и ее работа. Сьюзен поддерживала в нем чистоту и порядок, иногда покупала цветы. И каждое утро, проснувшись, уже знала, из чего будет состоять вечерний обед. Один день порождал другой, следующий, но порою наступали странные, исполненные надежды мгновения, в которые она чувствовала, как что-то старается выбиться из нее наружу, мягко, но настойчиво давя изнутри на кожу.

Телефон зазвонил, когда она прополаскивала латук.

— Алло?

— Привет, милая.

— Привет, мам.

— Я не вовремя?

— Нет-нет. Я только-только обед начала готовить. Ну, как ты?

— О, у нас все хорошо.

Сьюзен слышала это, знала. Знала по стоявшему на линии гулу.

— Что случилось? — спросила она. — Что-то неладное?

— Да ничего. Ничего страшного. Просто позвонил Билли и сказал, что на Рождество домой не приедет, вот и все.

— А куда он собрался?

— К какому-то другу. У которого где-то есть коттедж. В Вермонте. Коттедж в Вермонте.

— Ну, наверное, это интересно, — сказала Сьюзен. — У Билли теперь своя жизнь, мам. Он не обязан приезжать домой на каждый праздник.

— Да я понимаю. Думаешь, я не понимаю? Пусть делает что ему по душе. Я и сама этого хочу.

— Но? — произнесла Сьюзен.

— Прошу прощения?

— Но что? Я же слышу, ты расстроена."

"— Милая, разумеется, я расстроена. Какой же матери не хочется, чтобы ее дети приезжали домой на Рождество?

Сьюзен плечом прижала трубку к уху и начала рвать латук.

— Дело не только в этом, — сказала она. — В чем еще?

— Ах, милая, ты же все понимаешь.

— Нет, ты скажи.

— Мы обе прекрасно знаем, что Билли не хочет приезжать к нам на Рождество из-за твоего отца. Я знала, что так и будет. Ждала этого. Помнишь прошлое Рождество?

— Никогда его не забуду.

Сьюзен услышала вздох матери. Услышала, как у нее перехватило горло.

— Твой отец просто-напросто отваживает Билли от дома, — сказала мать. — Я так зла на него.

— Никто Билли не отваживает, мам. Он учится в университете, у него теперь другая жизнь. Он еще приедет.

— Я иногда просто убить твоего отца готова. Ну скажи, почему он такой упрямый? Можешь ты это объяснить? Я же вижу, он сам затевает эти ссоры, и умоляю его перестать. А он не перестает. Не может перестать, просто как бык какой-то.

— Ну, знаешь, мам.