Плоть и кровь

Уходи, подумала Мэри. И стала ждать. Снова стук — и голос Кассандры:

— Мэри? Вы здесь?

Мэри не ответила. Не шелохнулась.

Кассандра постучалась опять:

— Милочка, я войду, ладно?

Нет, подумала Мэри. Кассандра открыла дверь.

— С вами все в порядке? — спросила она. — Простите за назойливость.

Мэри кивнула.

— Все хорошо, — сказала она.

— Я зашла на кухню, воды попить захотелось, — сказала Кассандра, — увидела почти выкипевшую кастрюлю с картошкой. И подумала: Мэри Стассос не та женщина, которая способна забыть о картошке, если с ней не случилось что-то по-настоящему серьезное. Ну и отправилась искать вас.

— Со мной ничего не случилось, — сказала Мэри. — Спасибо.

Она надеялась, что Кассандра промурлычет нечто вежливое и закроет дверь.

Но Кассандра вошла в спальню и присела на край кровати.

— Хреново, да? — спросила она.

Мэри не ответила. Она повернулась к зеркалу и увидела в нем себя и Кассандру. Кассандра уже почти облысела. Волос, как и тела, у нее оставалось все меньше, зато глаза, казалось, увеличивались. Мэри увидела, как они тонут в глазницах черепа, как Кассандра разговаривает с ней изнутри этого черепа.

Кассандра вздохнула, со снисходительным любопытством туристки огляделась по сторонам.

— Приятная спальня, — сказала она.

— Спасибо, — отозвалась Мэри.

— Я когда-то мечтала о доме вроде вашего.

— Прошу вас, не надо подшучивать надо мной, — сказала Мэри. — Только не сейчас.

— Я не подшучиваю. Серьезна, как никогда. Мальчишкой я строила фантазии о том, как женюсь и обзаведусь домом с такой же большой, как эта, спальней. Фантазии были не очень практичные, да ведь кому они нужны — практичные-то?

— Мне следовало продать этот дом. Он слишком велик для меня. Я в нем как горошина в погремушке.

— Мм.

— Понимаете, — сказала ей Мэри, — все очень просто. Я не могу.

— Чего?

— Ничего, — ответила Мэри. — Мне кажется, я не смогу выдержать этот праздник.

— Разумеется сможете. Симпатичный скромный праздничек. Что может быть проще?

— Я в него столько сил вложила, — сказала Мэри. — Не хочется все испортить.

— Быстрый маленький нервный срыв ничего испортить не может. У меня они то и дело случаются.

— Мне казалось… казалось, что мы сумеем… не знаю. До того, как все приехали, я просто была здесь, сама по себе, и все выглядело таким совершенным.

— Мне такие штуки более чем знакомы, — сказала Кассандра.

— Возможно, будет лучше, если я немного посижу здесь одна.

Кассандра заговорила:"

"— Я вам даже рассказывать не хочу, сколько часов у меня уходит на подготовку к какой-нибудь нашей вечеринке. На покупки и, ну, скажем так, на другие способы приобретения необходимых вещей, на косметику, на прическу, на то, чтобы все было одно к одному. Я часами сижу в моей квартире, и вдруг, трам-парам, вот она я.