Площадь Согласия. Книга 1

Вздохнув, он встал с места и снял трубку.

— Да, Иннокентий Вельяминович, — открыв дверь в смежную комнату, услышала Тамара. — Да, с Крапивиной я уже поговорил.

— Вероника, дай, пожалуйста, лист бумаги, — механическим голосом попросила она успевшую вернуться на рабочее место секретаршу.

Молча протянув ей чистый лист, девушка положила рядом и ручку. Медленно выводя каждую букву, Тамара долго что-то писала, затем встала, протянула лист и пояснила:

— Я отдохну недельку.

— Так что случилось? — не удержалась от вопроса Вероника.

— Радченко женится.

— Правда?! — обрадовалась она. — Поздравляю!

Тамара вздрогнула, затем как-то съежилась и, сделав несколько шагов к двери, виновато произнесла:

— Ты ошиблась, у него другая невеста — Лида Тишковская.

— Как?! — раздалось ей вслед.

Тамара не помнила, как дошла до общежития. Открыв дверь в комнату, она присела на кровать, невидящим взором уставилась в окно…

«Придется идти на аборт, — отрешенно подумала она. — Но как найти хорошего врача и сделать так, чтобы никто не узнал? Тетя Нина отпадает — дядя Женя просто так этого не оставит, да и маме все станет известно. Может быть, довериться тете Ане?»"

"Почему в тот момент ей в голову пришла такая мысль, она не могла объяснить даже спустя годы. То ли это была подсказка, посланная с небес, то ли сыграли роль детские воспоминания, но бабушка и мамина сестра — вот две женщины, с которыми ей было легко, которые ее любили и не требовали ничего взамен. От них она никогда не слышала слова «должна», могла доверить им свои фантазии… С мамой так не получалось — Антонине Степановне всегда было некогда выслушивать детские бредни.

Стоило Тамаре найти ответ на один из главных вопросов, как она встала, вынула из шкафа дорожную сумку и стала быстро укладывать вещи… Припомнив, что проходящий поезд на Минск должен быть где-то через час, к концу сборов, уже в какой-то дикой спешке, она рванула верхний ящик стола, где хранился паспорт, с грохотом задвинула его обратно, захлопнула дверь и побежала к лифтам.

Как всегда, во время занятий из четырех лифтов в высотном общежитии работали только два. Прождав пару минут, растянувшихся в сознании на два часа, Тамара решила спуститься вниз по лестнице, но, сделав пару шагов, расслышала характерный звук приближающейся кабины и вернулась. Лифт распахнул двери, она не глядя сделала шаг и онемела: прямо на нее смотрели до боли родные глаза. Вот только их обладатель ничуть не походил на прежнего красавца: осунувшееся лицо, мертвенно-бледная кожа, темные круги… Впрочем, и глаза уже были не те, чего-то в них недоставало. Жизнерадостного блеска, что ли? В душе непроизвольно шевельнулась жалость.