Площадь Согласия. Книга 1

Стряхнув пыль с симпатичной мордашки, она долго крутила его в руках и чему-то улыбалась. Затем посадила его в центр книжной полки над столом, встала и не колеблясь вышла за дверь.

В это же самое время, словно очнувшись после двухчасового забытья, когда он пытался проанализировать и осмыслить все произошедшее в жизни за последние сутки, Алексей вскочил с кровати, схватил ключ от комнаты и решительно направился на шестой этаж.

Столкнувшись на плохо освещенной лестничной площадке между этажами, они на секунду замерли, посмотрели друг другу в глаза и сделали одновременно шаг навстречу.

— …Как тебе пришло в голову обратиться к Евгению Ивановичу? — крепче прижимал к себе Алексей начинавшую зябнуть Тамару.

Спрятавшись от любопытных глаз на самом последнем этаже, где жили аспиранты и командированные, перепрыгивая с события на событие, они третий час рассказывали друг другу, что же на самом деле происходило вчера, месяц, полгода назад, делились при этом своими чувствами и впечатлениями.

— Это был единственный выход. К тому же он сам просил тебя за мной присматривать.

— Все равно я виноват. Ведь видел, что Филевский навеселе, мог бы отложить разговор… А так, получилось, только масла в огонь подлил… Покажи-ка…

Мягко отстранив от себя Тамару, он внимательно посмотрел на ее лицо: в полумраке на щеке темным пятном выделялась ссадина от удара.

— Если бы я вчера это увидел, убил бы его на месте, — тяжело вздохнул он.

— Тогда тебе не помог бы даже дядя Женя, — улыбнулась Тамара и, в свою очередь, коснулась здоровенного синяка у него под глазом. — Если бы не Кравцов, вы поубивали бы друг друга!

— Да ты сама Филе такую красоту навела! Мне сегодня даже неловко было: вдруг подумают, что это я его расцарапал. Несолидно как-то, — снова обнял он ее. — Интересно, вступился бы за меня Евгений Иванович, если бы знал…

— Не надо, — покраснела Тамара и уткнулась ему лицом в грудь. — Давай забудем… Я сама виновата.

— Нет, ты точно ненормальная! — тихо рассмеялся Леша. — Когда я попытался извиниться за свои грехи, ты, можно сказать, выставила меня за дверь. Зато после того, как спасла меня от отчисления, извиняешься сама. У нормальных людей так не бывает!

— А если я снова обижусь?

— А я тебе не позволю. Кстати, предупреждаю на будущее: если ты снова станешь что-то говорить или делать, а только потом начнешь думать, так и знай — свяжу, заклею рот и буду ждать, пока не успокоишься.

— И ты надеешься, что у тебя хватит на это терпения? Я упрямая."

"— Не столько упрямая, сколько гордая. — Он снова отстранил ее от себя и заглянул в глаза. — Последние две недели я только и думаю: почему мы с тобой постоянно ссоримся?.. Хочешь знать почему? Потому что я такой же, как ты.