Площадь Согласия. Книга 1

Живет одна и словно ждет чего-то… Отец вернулся в родной городок и женился на дочери бывшей соседки. Она младше на двенадцать лет, но, как оказалось, любила его с детства. Так что моему сводному братику восемь лет! Хоть за отца спокойна, он свое отмучился… Как и Юра со мной, — усмехнулась Тамара.

— А Виталик?

— О, Виталику — двадцать восемь! Программист, умница, устроился на хорошую работу, прилично зарабатывает даже по меркам Москвы. Год назад женился, и мне по душе его жена. Догадайся почему? — лукаво взглянула она на Инну.

— Ну, не знаю… Умная, наверное?

— Мудрая! — поправила ее Тамара. — А кроме того — хозяйственная и домовитая. Словом, полная мне противоположность. Месяц назад они квартиру купили, я лишь немного деньгами помогла. Зато уговорила сразу трехкомнатную брать, тем более что к концу лета у них ребенок должен появиться. К счастью или к сожалению, но и мне, и Виталику от рождения достался мамин характер. После моего бесславного ухода из института она с него глаз не спускала, определила место, где будет учиться, а он взял да и уехал после школы в Москву. Сам поступил, сам окончил вуз с красным дипломом. За это время Союз развалился, развелись родители, так что все в своей жизни он сделал сам. Вот так и разлетелась наша ячейка общества на все четыре стороны, — заключила она.

— Но вы общаетесь?

— Конечно! Сережка — связующее звено между мной и родителями, а с Виталькой видимся во время моих частых приездов в Москву. Переписываемся по Интернету. Мама, как мне кажется, так и не смогла понять, почему все так произошло, — печально улыбнулась Тамара. — Иногда мне становится ее безумно жаль, зову к нам, но поживет пару дней — и назад. Как говорит мой сын, нам нельзя жить под одной крышей, даже воздух в комнатах электризуется. Правда, о том, что я сломала себе жизнь, больше не заикается, а Сережку так балует, словно вину загладить хочет. Смотрю на нее в такие минуты и поражаюсь: неужели моя железобетонная мать способна излучать столько тепла и любви!

— О какой вине ты упомянула?

— Все о той же, — вздохнула Тамара. — Много чего было… Для меня моя мама — клубок противоречий. И в чем-то я на нее похожа.

— В каком смысле?

— А в таком, что ее наука не пропала даром, и я во всем пытаюсь руководствоваться здравым смыслом. Но почему-то это не приносит душевного спокойствия. Парадокс: руководствуюсь чувствами — плохо, поступаю по уму — ничуть не лучше. Какой-то неправильный дебет-кредит: ни сальдо подсчитать, ни баланс подбить…

— Теперь я понимаю, почему твоя мама ничего не сообщила тебе о нашей свадьбе, — подняла Инна большие карие глаза на Тамару. — Она руководствовалась здравым смыслом.

— Вот именно, — кивнула та головой.