Плохой парень, Купидон и я (ЛП)

Нерешительно приоткрыв глаза, я увидела завораживающие огни города. Немного отстранилась от Риса и посмотрела по сторонам. Вид был незабываемый. Почти на каждом здании висели баннеры, вывески и плакаты, сочетаясь в ослепительную гамму цветов и ярко контрастируя на фоне черного неба.

– Как красиво, – прошептала я.

Рис свернул на нашу улицу и, замедлившись, остановился возле своей подъездной дорожки. Мы слезли с байка и с минуту просто смотрели друг на друга.

Я принялась теребить кулон.

– За то, что тебе пришлось встретиться с Эштоном … и за то, что я тебя использовала…

– Хорошо, тогда доброй ночи…

Я уже хотела уйти, но что-то меня остановило. Я потянулась и обняла Риса за шею. Он напрягся от неожиданности, но все же обнял в ответ.

Рис нравился мне все больше и больше. Он дерзкий, грубый, настоящий задира и придурок, но иногда еще и милый, замечательный парень.

– У тебя осталось сорок семь секунд до начала комендантского часа.

Когда до меня дошел смысл его слов, мои глаза расширились.

– О не-е-ет, принцесса снова ругается! – в очередной раз поддразнил Рис девчачьим голосом.

Я кинулась к входной двери и, открыв ее, увидела двух обеспокоенных родителей. С порога сказала им, что технически не нарушила правила, и пообещала, что такого больше не повторится, после этого меня отправили в свою комнату, и тогда я наконец завалилась на кровать.

Я встала и подошла к окну. Рис уже переоделся в пижамные штаны, но не надел майку. Мой взгляд тут же упал на его грудь.

Он сузил глаза и хитро ухмыльнулся.

– Прекрати меня целовать.

У меня отвисла челюсть.

– Я слышала, что ты сказал! – перебила его.

– Тогда прекрати. Ты ведь даже толком не умеешь целоваться… – снова поддразнил он.

А я от шока не нашлась с равным ответом.

– Что? Ты… все ты врешь!

– Ладно. Знаешь, что? Я больше не поцелую тебя, пока ты сам об этом не попросишь, – заявила я.

В его глазах загорелся озорной огонек.

– Ты правда думаешь, что я попрошу тебя о поцелуе, Хлоя?

– Рис, однажды ты будешь умолять меня о нем.

Пролистав дневник, я нашла в расписании, какой у меня следующий урок, и улыбнулась. Математика.

Я всегда любила математику… и английский… и биологию… и химию…

Ладно, я люблю все предметы, но только математику чуточку больше. Да, она легко мне дается, но дело не в этом.

Я люблю ее, потому что математика доказывает, что у любой проблемы есть решение, хоть она и не может научить, как прибавить любовь и отнять ненависть.

Очень по-философски, знаю.

Я подсела к Габби, и та сразу оборвала разговор с одноклассницей и повернулась ко мне.

Мы чмокнули друг друга в щеки.

– Привет! Как дела? – улыбнулась я, открывая учебник и доставая карандаш из пенала.

– Нормально. Угадай, что?

У подруги слегка побледнело лицо.