Плохой парень

А у нее у самой ошибки в речи, ну я немного поправил. Меня ж лучшая учительница учила английскому. Я ж не лошара патлатый.

Взрываюсь хохотом, ведь тут весь Юра Шолохов. Ох и юморист. В самом деле…

Вообще Юра сам на себя не похож, по большей части звонит и пишет мне без тени юмора, откуда вот только у него снова трубка есть, — вопрос, но это и неважно, с другой стороны.

—Валь, тест сделай, — коротко цедит вечером второго дня. В голосе играет предвкушающее волнение.

И только я понимаю, что так быстро ничего не могло случиться. Скорее всего, я просто перенервничала. С подобными событиями не мудрено, в самом деле. Но переживание все равно давит на все тело бетонной плитой, по-особенному сильно впиваясь острыми пиками вниз живота. Кусаю и без того искусанные в кровь губы до боли, и вздыхаю.

Чтобы не расстраиваться еще больше, сделаю тест чуть позже. Через недельку-другую. Нет никакого смысла делать это раньше.

—Юра, ну не может там быть ничего. Правда, я просто перенервничала.

—Малыш, мы занимаемся сексом без презерватива, а ты потеряла сознание. Это нормально, что я прошу сделать тест. Правда? Давай не ссориться, видишь, я очень стараюсь прийти к консенсусу путем переговором. Мне пиздецй как сложно это сделать, так облегчи мне задачу. А?

И вроде как не ругается, но интонации упорно шепчут о проступающей волне злости, что так пытаются сдержать.

—Сделаю через пару дней, успокойся, пожалуйста.

Шипит в трубку, чертыхнувшись в очередной раз.

—Валь, я завтра в увал. Приходи ко мне, чтобы нам никто не помешал, ладно?

—А кто нам помешает?

—Ну не знаю, вдруг твой папа придет проверить тебя, а я тут своими фаберже кручу туда-сюда. Знаешь ли, мало приятного в том, чтобы гулять голым перед тестем. Хочется еще детей и не двух, а так трех-четырех, — игриво шепчет в трубку.

Вот это разбег у тебя, мальчик. Сердце от грусти противно ноет.

—Главное, что ты спросил моего мнения.

—А ты от такого охуенного меня рожать много не хочешь? — показательно обиженно переспрашивает, а я хмурюсь.

—Юрочка, мне бы хотя бы одного родить, и чтобы здоровенький был. И чтобы все хорошо было у нас. А там как получится. Загадывать не хочу.

—А мы не загадываем, а составляем план. Это своего рода пятилетка за три года, ясно? И я сказал, значит, все будет хорошо. Не буди во мне зверя, малыш, он и так не высыпается. Все, целую, глубоко вхожу, довожу до оргазма и заканчиваю досуха. Будь умницей, завтра увидимся.

И вот кто еще так прощается, как не Юра Шолохов? Смеюсь в ответ и коротко шепчу.

Если проанализировать наши отношения, то они по-правде говоря, судьбоносные. Изначально такими были, еще когда мы просто были хорошими знакомыми, ну или, как мне казалось, друзьями.