Плохой парень

Придушу, — с улыбкой заканчивает свою высокопарную речь.

—Товарищ прапорщик, разрешите вопрос?

Он закатывает глаза, но кивает в ответ.

—А танцевать мы будем между собой, что ли?

Народ взрывается хохотом, а я без задней мысли спрашиваю вообще-то. Учиться-то мы будем, а дальше что? Онанизм какой-то.

—Шолохов, ты у меня допрыгаешься! — летит от тестя, но я даже не ржу!! Я серьезно как никогда!!!

Валя смеётся, и это плюс ко мне в карму и повышает настроение, конечно, особенно внизу.

—Вам все расскажет преподаватель. А вообще, да. Ищите, с кем будете танцевать. Берите девушек…— монотонным голосом отвечает прапор.

Либо я ему в тапки нассал, либо я хуй знает, чего он такой злой.

Девушек. Блять. Да я бы с радостью, но у меня почти жена.

—Если нет девушки? У меня невеста, — выдаю тут же, отлавливая внимательный взгляд Валечки. Щека горит огнем.

—Шолохов! Не беси меня, бери хоть жену на вальс, но чтобы ты плясал у меня как бальник с десятилетним стажем!

—Есть плясать как бальник с десятилетним стажем, — отдаю честь и выравниваюсь.

Ржач заканчивается, начинается свирепый взгляд всех вышестоящих по званию. Нехер делать вообще вести себя как положено, и я даже готов плясать этот вальс, если Валя скажет мне “да” не только в ЗАГСе, но и на танцполе.

Далее следует муторное пояснение, для чего именно курсантам военной академии следует танцевать вальс после завершения семестра. Все это можно перевести одной фразой на человеческий язык: “МЫ ХОТИМ ВЫПЕНДРИТЬСЯ ПЕРЕД МО, НЕ ЗНАЕМ КАК. ВОТ ПРИДУМАЛИ ХУЙНЮ НА ЛОПАТЕ, ВЫ ВЫПОЛНЯЙТЕ”.

Я все это время палю на Валечку, и она, то краснея, то бледнея, на меня украдкой поглядывает, словно боится, что нас засекут. Черт, это подстегивает.

Все равно, что заниматься сексом в общественном месте.

Учить нас будет какая-то Марь Иванна, как в том анекдоте про училку, ну и мне по шарику так-то. Сначала по шарику, пока в зал не выходит исчадие ада в юбке, которое строгачем меня учила плясать на паркете в подготовке к моему выпускному. В рот мне ноги, вашу ж налево и направо.

Григорьевна. Пиздарики.

—Добро пожаловать на уроки классического танца. Я стара как мир, терпения нет и вас терпеть не стану. Предлагаю сработаться сразу, или сработаемся через боль, — низенькая седая старушка с идеальной фигурой для ее преклонного возраста и с прекрасной осанкой встает перед нами с высокомерным видом.

Дааа. Это я попал. Любимчик у нее же.

Ее старческий взгляд сканирует парней, останавливается на мне. Морщины слегка разглаживаются, а кривая ухмылка режет загорелое лицо

—Шолохов, ептить. Ты глянь, как вымахал, — взмахивает руками и делает шаг в мою сторону. —Метнись-ка в центр кабанчиком. Будешь у меня подопытным кроликом.