Плохая

— Я долго не могла понять, почему ты такой со мной… Я не про твою грубость, отнюдь… Грубость в тебе возбуждает, не буду таить греха. Дело в другом… Ты словно бы мстил мне, то ли нарочно, то ли подсознательно. Мстил за то, что я такая, какая есть- что я с тем, с кем выгодно… Что я продажная. Что плохая… Да, теперь я понимаю это. Понимаю, анализируя нашу первую встречу. Еще тогда, пять лет назад… Ты спас меня из лап монстра Али пять лет назад… Ты подарил мне жизнь тогда… А я? Как я воспользовалась твоим щедрым подарком? Да никак. Я продолжала паразитировать на шее у мужчины, который не был мне нужен. Да и я ему, очевидно, тоже особо была не нужна…В твоих глазах, должно быть, я сама виновата во всех своих злоключениях… Поэтому тебе никогда и не было меня жаль по-настоящему…

— Ты считаешь, я должен был быть в восторге от тебя? С чего ты вообще взяла, что стоишь восторга, Алёна? Удивительно, что ты вообще вспомнила меня, спустя столько времени… Ты часами смотрела на меня и у тебя даже предположения не возникло, кто я… — он звучал уязвленно и жестко. Да, я была на верном пути… Я нащупала его слабое место. Впрочем, сейчас, после всего того, что я знала, это не составило труда.

— Лучше поздно, чем никогда…

— Слишком поздно… Знаешь, что самое смешное? Сейчас ты хочешь меня, течешь по мне, потому что видишь во мне выгодного партнера, шлюшка… Видишь во мне очередного мужчину, от которого можешь поиметь выгоду. А когда я был простым парнем в окружении ублюдка Али, ты даже лица моего не запомнила, хотя я сделал для твоей никчемной жизни больше, чем кто-либо из всех твоих еб…рей…

Я игнорирую его грубость. Откидываю накидку со своего тела, чтобы предстать перед ним совершенно голой. Вернее, не совершенно. На моем обнаженном теле золотая цепь. Она тянется от шеи, по грудям, опоясывает талию и уходит между ног. Это очень развратно и откровенно. И красиво. Я вижу, как эта моя порочная красота отражается в его жадных глазах. Он сейчас разорвать меня готов…

— Я скажу тебе сейчас одну вещь, Даниэль, а ты послушай… — Поворачиваюсь к нему лицом, выпрямляясь. — Не знаю, как у других тех, кто спит с мужчинами не по любви, а ради выгоды, а у меня всегда было так- я могла думать во время секса о чем угодно, имитриуя совершенно разные эмоции, но если партнер все-таки доводил меня до оргазма или я сама себя доводила ласками, то вопреки разуму и воле перед глазами в самый ответственный момент всегда вставал образ не красавца-актера, а мужчины, который в этот момент будоражил мое сознание… С тех пор, Даниэль, как один охранник в кепке, закрывающей половину его лица, не дал упасть мне вниз, я видела перед собой, когда кончала, только его глаза…

Тигр сжимает меня за щиколотку и дергает на себя.