Плохой Волк

— Ааа… Как запульсировала, чувствуешь?

Он двинул пальцами, прижал ими и выматерился.

— Я чувствую, как мой член в тебе двигается. Кайф… Кайф просто…

Я взорвалась, не дождавшись его финала, загорелась, продолжая принимать жаркие, тугие, мощные рывки, ощущая, как с каждым из них эхом прокатывались новые волны удовольствия.

— Сейчас кончу. Залью тебя, Пирожочек. Я без резинки…

Волков продолжал меня трахать, одной рукой двигая в попке, второй рукой поднялся под горло, сдавил его.

— Принимай…

Через секунду он излился, глубоко кончил, толкаясь и матерясь. Меня снова накрыло волной оргазма, тело билось в конвульсиях.

Такой острый, пронизывающий момент. Реальность обострилась, на максимум, словно кто-то резко навел фокус.

И в этом фокусе как никогда громко и безобразно нагло прозвучал стук распахнутой двери:

— Хватит бабу пялить, Волк. Лев говорит, Земской обгадился под прессом и все сдал. Скоро здесь будет жарко.

Волк замер, часто дыша, я так и стояла, в позе собачки. С трудом отняла голову от сложенных локтей, посмотрела вправо, на отражение в зеркальной дверце шкафа.

На пороге спальни стоял Кот. Медленно обвел взглядом нас, все-все рассмотрел, повернулся и вышел.

— Блять, — выматерился Волк, опустив потный лоб мне на спину. — Весь кайф обломал. Я даже не понял, кончила ты еще раз или нет?

Он быстро откатился, начал одеваться.

— Если не кончила, сорри. Я тебя потом доведу и не раз. Собирайся!

Я застыла.

Волк добавил раздраженно:

— Давай, Пирожочек, не тормози. Натягивай трусишки, тебя первой отсюда проводим.

Я подскочила неловко, пальцы затряслись. Трусы? Одежда? Где все?!

— Ну, не суетись так. Время есть. У нас свой человек в органах. Пока они свои жопы в бобоны загрузят, нас здесь не останется, дом уже будет гореть. Приедут на пожар… — хохотнул зло, но ярко.

Если бы у всех злодеев был такой заразительный и сексуальный смех, как у Волкова, в этом мире были бы совсем другие герои.

***

Дальше все как во сне: одежда, торопливые сборы.

— Живее-живее, Ритуль. Ноги в руки, двигаем!

Ступеньки лестницы под ногами пролетели, как одна. На пороге лицо куснул морозный воздух.

Сумочка? При мне…

Пить?

— В дороге попьешь!

Зубы почистить…

— Потом, все, потом.

Даже не подмылась.

Я вся мокрая, потная после секс-марафона. В трусики стекала сперма и собственная смазка.

Так меня и погрузили в машину.

За руль сел Кот, Клим с Волковым остались, что-то делать.

Машина резко тронулась, я повернула голову назад, в окно. Волк даже не попрощался, энергичной походкой двинулся в дом, размахивая руками. В ушах звенел его смех.

Я была будто в каком-то ступоре, мысли мелькали смурные, едва разборчивые.

Было холодно. Я никак не могла согреться.

Будто все тепло я оставила позади, будто там все перегорело…

— Холодно? — поинтересовался Кот.