Плохой Волк

— Не позволю! — возразил уверенно, будто читал мои мысли."

"Вдруг это было действительно так? Иногда казалось, словно это не бред, но реальность. Не мог бы другой так точно и четко считать мое состояние и понять, что творилось у меня на сердце.

Там же — полный раздрай, оголенные провода нервов и сплошное превышение болевого порога по всем направлениям.

— Тише, ну что ты… Смелая же девочка, — шепнул горячо Волк, осторожно накрыв губами клитор.

Просто накрыл, дыша, мягко провел губами вверх и вниз, будто приноравливаясь.

— Смелая, неужели одного куни могла испугаться? — уточнил он и снова медленно поцеловал, осторожничая.

Будто пробуя, как это сделать.

Словно впервые.

Да нет…

Не может быть!

Мне стало интересно, так ли это?

Я приподнялась, жадно разглядывая темноволосую макушку головы Савелия. Его прикосновения стали интенсивнее, наглее. Он входил во вкус, и ох… Меня начало потряхивать от того, как он нежно и настойчиво меня пробовал губами, совсем немного касаясь языком.

Я сглотнула жаркий ком: безобразно откровенное зрелище, такое выдержать будет непросто!

Будто поглядывала за самой собой, удивляясь, смущаясь и восторгаясь одновременно.

Первый стон сорвался с моих губ, когда Волк втянул клитор и пососал его ритмично, отпустил, снова пососал, прикусил. Я дернулась под его ртом.

— Тут все ясно, — отвесил влажный чмок. — Идем дальше.

То есть ниже…

Губы Волкова накрыли расщелину.

— Влагой сочится… Пирожочек сочный…

— Хватит, не говори ничего. Просто… аааа… Делай.

— Сочный Пирожочек, как такой не похвалить!

Волк сдвинул половые губы, погладил их пальцем, раздвинул нагло и всадил сразу два пальца, заставив охнуть, и снова накрыл клитор. Его пальцы начали двигаться во мне ритмично, а губы облизывать и посасывать пульсирующую точку.

— Ааах…

меня выгнуло, спина встала дугой.

Пальцы быстро и влажно вонзались у меня между ног, рот алчно терзал возбужденную плоть, сводя с ума.

— Кончай… Хочу, чтобы сильнее текла!

Безумно быстро и жестко, со хлюпом его пальцы двигались все напористее, пока меня не накрыло горячей волной. По телу словно ударили горячие струи воды, во рту пересохло от частых стонов. Между ног пульсировало горячо и влажно.

Волк вынул пальцы.

— Из тебя течет, ух! — произнес завороженно, продолжая смотреть мне между ног, будто там находилось сокровище. — Сладкая, а? Сладкая?

Не дождавшись ответа, он провел пальцами, собирая влагу, и накрыл ртом отверстие, слизывая остатки того, что не пролилось на простынь. Широкая дорожка, проложенная его языком, неспешно вела вверх и вниз, закручивалась вокруг эпицентра таявшего оргазма.

Если до этого меня всегда сжигало в огне экстаза, то сейчас плавило, превращая в жидкий металл.