Мина в плохой игре

Рассказы брата о жизни женщин на Земле ничего, кроме ужаса, у комиссара не вызывали.

– Она в розыске. Пока есть время, нужно оформить защиту и занести семью в реестр. Иначе хаяты могут потребовать экстрадиции гражданки Земли.

Байрон достал из кармана браслет Мины и положил на стол. А потом начал рассказывать, что уже знал о судьбе ноара. Побратимы слушали, выпускали клыки, тихо скрипели зубами от злости, но изменить уже ничего не могли.

Юс. Олимп

Разговор с тестем вызвал у Юса жгучее раздражение в груди. Впрочем, примерно те же эмоции вызывала у него и жена. Хаят смотрел на очередное модное, но совершенно неподходящее хаяте платье и не понимал, как вообще согласился связать с ней жизнь. В нелепом фиалковом наряде она была похожа на женщину, которая решила одеться в салоне для детей. Артам раздражение зятя чувствовал, даже понимал его природу, но не придавал этому значения."

"– Тамила говорит, ты никак не можешь выбрать рабыню.

Артам сегодня спешил на встречу с одним из членов Сенота, поэтому начал разговор с зятем без прелюдий.

– Странно, что Тамила вам жалуется, – Юс бросил холодный взгляд на жену, но должного эффекта на хаяту он не произвел. – Особенно с учетом, что мы совсем недавно получили разрешение посещать торги.

– Нам нужен ребенок. Он позволит тебе расти по службе.

– С каких пор, Тамила, ты интересуешься моей службой? – Юс с трудом контролировал голос, чтобы не выдать злость.

– С тех пор как стала хозяйкой в твоем доме. Мне не нужен хаят-неудачник.

Тамила надеялась последним словом надавить на честолюбие мужа и на то, что землянки называли мужским достоинством.

– Что ж, – Юс сложил руки на животе, – ты всегда можешь подать прошение в верхнюю палату о расторжении союза. Я препятствовать твоему счастью не стану.

Тамила побледнела и выпустила из рук бокал с виски. Разводы у хаятов хоть и были разрешены, но крайне не приветствовались. Общество, как это обычно бывает, ответственность за разбитые семьи вешала на жен, создать после развода новую семью и сохранить статус в светском обществе для них было практически невозможно, в то время как мужьям многое прощалось.

– Оставьте свои скандалы для спальни, – вторгся в ссору супругов Артам. – Через два месяца мастер Брос уходит на повышение. Сенот будет решать, кто займет его место. Если хочешь претендовать – обзаведись малиами. Грабсау не станет рассматривать твою кандидатуру, если не будет рабыни и младенца в перспективе.

Юс изменился в лице. Слухи, что место Броса скоро станет вакантным, ходили настолько давно, что он потерял веру, что этот день когда-нибудь настанет. Занять место старого брюзги означало получить возможность через пару лет получить кресло в нижней палате Сенота, а потом перейти в верхнюю.