Хорошая девочка для плохого мальчика

Активный интерес ко мне проявлял только Назар, он мог бы, конечно, это сделать, но зачем бы тайно? Он поцеловал бы меня на глазах у всех, таинственность и стеснение — не его конёк.

Значит, вариантов других нет — это Даня.

Только ему не хочется светить своими желаниями относительно меня.

А что они есть, но он упорно их прячет от всех, пока наедине со мной ему не сорвёт крышу, я уже поняла…

Значит, он украл мой поцелуй?

Меня поцеловал Бодров?

Боже, но зачем? Ведь он ненавидит меня. Опять хочет поиздеваться, что ли?

Но это же жестоко…

А спросишь его прямо — отшутится или вообще пошлёт куда подальше, и ничего не скажет.

Ни за что не признается!

Правды мне никогда не узнать, хотя логичные выводы я сделала и сама, и рассекретила Штирлица методом дедукции.

Только что мне с этим знанием теперь делать?

Как ему завтра в глаза смотреть?

А он будет делать вид, что ничего не было, да?

43.

— Ты чего такая? — спросила Леська, когда я пришла в кафе и села напротив неё. Продолжила молчать и витать в своих мыслях.

— А? Да… Тут такая история вышла…

Я коротко пересказала ей то, что произошло по дороге сюда.

— Ничего себе, дела… — протянула она. — Ты думаешь, это Назар?

Я внимательно посмотрела на подругу. Ей ведь нравится Назар, я знаю. А она сейчас думает, что возможно, меня целовал он. Представляю, как ей нелегко, но Леська оказалась действительно подругой, и не злилась на меня из-за этого. Однако, я поспешила поделиться с ней своими мыслями на этот счёт.

— Я думаю, что это Данька.

— Даня? — взметнула брови Олеся. — Наш истукан бесчувственный?

— Очень даже чувственный, — округлила я глаза. — Ты бы знала, что это был за поцелуй…

— Почему ты уверена, что он?

— Потому что Назар делал бы это не скрываясь. А Дима не посмел бы. Он ко мне вообще не проявлял интереса.

— Ну да, — задумчиво постучала ногтями по столу Леся.

Нас прервал официант, который принял заказ и ушёл его выполнять.

— Слушай, ну это вообще что-то новое, — продолжила говорить подруга. — Данька, выходит, не ненавидит тебя, а…влюблён.

— Влюблён? — переспросила я, ощущая, как сердце внутри меня трепещет от этих слов. — Не знаю… Не думаю. Просто это какая-то очередная его попытка посмеяться надо мной. Как с дневником…

— С дневником он, конечно, паршивец тот еще, — процедила сквозь зубы Леся, которой я рассказала в Питере и об этом. — Так бы и дала по лбу ему!

— Я боялась, что он будет пытаться заставлять меня делать с ним что-то такое, шантажируя дневником, — поделилась я своими новыми мыслями. — Но нет… И поцелуй пусть и был странный, но вовсе не из-за дневника.

Принесли наш заказ. Теперь мы болтали не за пустым столом.

— Почему же он решил вдруг поцеловать тебя? — спросил Леся.

— Не знаю… — покачала я головой.