Хорошая девочка для плохого мальчика

Даня, как любитель спорта, в таких вещах точно разбирался.

Он поднял голову на меня и мы встретились глазами. Я всё ещё плакала — больно было жутко.

— Не рыдай, жить будешь. И терпи, — сказал Даня мне и налив перекиси на вату стал промывать мою рану.

Щипало так, что я опять начала тихо хныкать, закрыв глаза.

— Больно…

— Терпи, казак, атаманом будешь, — пробормотал Даня, как можно бережнее промывая мою рану.

И тут мы все едва не подпрыгнули — на улице раздался громкий хлопок.

— Так, что там происходит? — нахмурился физрук и пошёл разбираться с шумом на улице, оставив нас наедине.

— Всё, всё, — сказал парень, в последний раз прижимая ватку с перекисью к моей ссадине. А потом наклонился к колену и стал дуть на него. Я вздрогнула. Это было уже не больно, а странно и приятно. Он почти касался моего колена губами, я ощущала его дыхание очень близко к своей коже, и по моей спине невольно пробежали мурашки…"

"Меня настолько заворожили действия Дани, что я даже дышать забыла — просто смотрела, что он делает. Посетила глупая мысль, что сейчас он поцелует моё колено, и мне точно станет легче. Мне даже захотелось, чтобы он это сделал, но парень просто осторожно и нежно дул на мою ссадину.

Мы снова пересеклись взглядами. Карие глаза Дани стали словно бы ещё темнее… В них плескалось что-то незнакомое и…будоражащее.

— Легче? — спросил он, сжимая мою ногу в своих горячих пальцах ниже колена и смотрел на меня снизу вверх.

— Д-да… — ответила я. — Так и не поняла, что это было… Я обо что-то зацепилась.

— Обо что-то… — хмыкнул парень. — Об ногу Лины.

— Лины? — похолодела я. Она готова пойти даже на такое? А если бы я убилась?

— Да, — ответил Даня, разматывая бинт. — Потерпи ещё немного, я закрою твою ссадину.

— Но я не видела никого…

— Она быстро убрала ногу, — сказал Даня, бережно накладывая бинт. — Но я успел заметить.

— Вот дрянь! — вырвалось у меня. — И за что же, интересно? Я ведь помогла команде выиграть.

— Видимо, поэтому, — пожал плечами Даня. И мы снова встретились глазами. Мы оба понимали прекрасно, что дело не в очках, а в нём. Лина просто опять приревновала, когда мы обнимались с ним на глазах у всех.

— И её даже не накажут за то, что она сделала? — тихо спросила я. — А если в следующий раз ей повезёт больше, и она всё-таки меня добьёт?

Пальцы Дани, которыми он завязывал бантиком бинт на моём колене, чтобы зафиксировать его, напряглись.

— Оставь это мне, — сказал он.

— Что ты задумал? — свела я брови вместе, вспоминая горячность его характера, склонность к шантажу и возможным дракам с моими “поклонниками”.

— Ничего, — не повёл бровью Даня. — Забудь об этом. Она больше тебя не тронет никогда.

— Её хватает ненадолго, — отметила я. — Всего месяц прошёл с момента, как она стирала мою форму в унитазе.