Плохое воспитание

– Я разнесу тут всё к чертовой бабушке, если ты не расскажешь, что случилось! – проорала Ассоль после того, как дверь, наконец, закрылась.

– Тебе лучше держаться от меня подальше. Вот и все, – медленно поднял глаза, сосредоточившись на её бледном лице.

Что-то подсказывало – я не один провел эту ночь без сна. Пульс отдавался в горле, ладони покрылись испариной. К счастью, мы с Солей всегда предохранялись, и даже если меня не обошла эта злая участь, не стану причиной трагедии в жизни любимой девушки.

Дерзкая блондинка уселась на край стола, нетерпеливо покачивая кремовой туфлей. Она глядела на меня исподлобья.

– Просто ответь почему – и мы разойдемся, как в море корабли… – аккуратные челюсти сжались от гнева.

Вздохнув, я запрокинул голову, несколько мучительно долгих минут буравя взглядом идеально ровный потолок, а после еле слышно изрек.

– Моя бывшая девушка сообщила, что ВИЧ-положительна. Возможно, мы пару раз не предохранялись. И с очень большой вероятностью я мог заразиться от неё.

Пиф-паф.

Помилован – расстрелян.

Я опустил голову, встречаясь с шокированным взглядом Ассоль.

– Гвидон, но…

– Стоп. Просто помолчи и послушай. Во-первых, не надо меня жалеть. Я не собираюсь умирать. Чуваки с этой дрянью умудряются прожить туеву хучу лет! Чем я хуже? Во-вторых, я все прекрасно понимаю. Просто держись от меня подальше, окей? Может, тебе лучше вернуться в Лондон?

Чем дольше я говорил, тем сильнее вытягивалось лицо Ассоль. К концу этой нескладной бравады собеседница и вовсе смотрела на меня волком.

– Ну и свинья же ты. Какой же ты долбанный идиот! – Вздрогнул, когда она ловко сняла туфлю, запустив ею мне в грудь. – Зла не хватает! – любимая потянулась ко второй туфле, но я вовремя подскочил, не позволяя ей добить меня пятнадцатисантиметровой шпилькой.

– Слушай, я и так, мягко говоря, не в настроении! Прости, что вчера так резко всё свернул. Но теперь это не актуально… – язык еле ворочался, отчего каждое слово давалось с титаническим трудом.

– Ты думаешь, я вот так просто откажусь от тебя?! Раз ВИЧ – значит, свободен?! Что за предрассудки, Царев? – глаза блондинки заволокло пеленой слез.

Поморщившись, я тяжело вздохнул.

– Ты, наверное, не поняла. С очень большой вероятностью я болен ВИЧ. К счастью, мы всегда предохранялись, поэтому тебе нечего опасаться.

В кабинете повисла тяжелая могильная тишина. Готов поклясться, слышал, как в унисон с моим стучит её горячее маленькое сердце. После небольшой паузы, накрутив на палец прядь белоснежных волос, любимая твердо произнесла:

– Ты живешь в каменном веке, если думаешь, что всем окружающим надо бежать от тебя, как от чумы.

– Ассоль, прошу, не надо…

– Чего не надо?! Я готовила доклад на тему ВИЧ в университете.