Плохое воспитание

– Охренеть… – простонал он через несколько мгновений, содрогаясь от спазмов. – Я фанат твоего минета! – любимый до последней капли излился мне в рот, натягивая на кулак несколько взмокших прядей.

Облизав припухшие губы, я моргала, пытаясь прийти в себя, однако он не дал мне этого сделать: подхватил на руки и конвульсивно повалил на кровать."

"– А еще я фанат твоих губ… – ужалил их легким укусом, – твоих идеальных маленьких сисек… – кончиками пальцев он сжал мои соски, – твоего живота, бедер, ног, ступней… – его губы хаотично перемещались по всему моему телу, оставляя десятки влажных отметин. – Я твой ненормальный фанат, Ассоль! Я не только тебя люблю… – голос Гвидона сделался пугающе низким и хриплым, будто вот-вот сорвется в бездну, – …я тебя обожаю и готов с утра до ночи носить на руках. Ну, что ты скажешь на это, котенок? – мужчина вновь стянул меня с кровати, закружив в необузданном диком танце.

Мы обнимались и целовались взасос, прерываясь лишь на короткие смешки, чтобы хоть немного глотнуть кислорода.

– Я тоже тебя обожаю… – Яростно зажала его нижнюю губу между пальцами. – И захотела с самой первой встречи, когда уже была невестой другого мужчины. А еще я так сильно тебя люблю, что готова была предать родную мать.

– Завтра нас ждет долгий перелет. – Гвидон прижал меня к груди, ласково клюнув в макушку. – Тогда и поговорим, потому что, увы, твои родственники не стоят того, чтобы тратить на них сейчас время. Я хочу вылизать тебя насухо. Соскучилась по моему языку?

– Безумно, – честно призналась, удивляясь тому, как быстро он избавил меня от одежды – через считанные мгновения мы оба уже лежали на кровати абсолютно голыми.

– Раздвинь ноги, – медленно провел кончиками пальцев по бедру. – Хочу полюбоваться.

Словно в забытье, я открыла ему самый шикарный обзор на свои влажные изнывающие прелести. Я хотела его губы, его руки и его твердое горячее естество. В этот миг я была полностью соткана из желания бурно кончить. С ним.

Прикосновение его языка к клитору было сравни высоковольтному разряду.

– А-й… Гвидон… – я свела лопатки.

К этому моменту ноющая боль между ног достигла апогея. Словно почувствовав это, любимый принялся очерчивать языком мягкие круги вокруг входа, а затем игриво надавил на клитор.

– Ещё… – запустила пальцы в его всклокоченные каштановые пряди. – Я столько раз фантазировала об этом… – честно призналась, покрываясь мурашками с головы до пят.

Всё внутри пульсировало и взрывалась сотнями ослепляющих залпов, но я даже не могла пошевелить бедрами – так крепко он удерживал меня раскрытой, истязая крохотную щелку пальцами, зубами и языком.

– Хочу заниматься с тобой любовью ночь напролет.