Плохие девочки не плачут. Книга 3

— Я и не рассчитывал, — фыркает.

— Что вы хотите сказать?

— Господин Валленберг собирался отпустить этого мошенника. После беседы. Он даже позаботился о его будущем.

— Не верю, — запинаюсь. — Слишком фантастично.

— Как угодно, не настаиваю.

— Почему вы раньше ничего не говорили?

— А вы бы тогда сразу поверили?

— Я не думала… я и представить не могла.

— Не расстраивайтесь, — заявляет нарочито сладко. — Скорее всего господин Валленберг пересмотрел свои планы.

— Я должна вернуться туда, — сильнее сжимаю его руку. — Теперь я точно должна.

— Вы должны использовать свой мозг, — решительно отстраняется. — Ступайте за мной, прекратите эту истерику.

— Пожалуйста, Андрей, — снова цепляюсь за него, впиваюсь пальцами в плечо.

— Вам нужно просить не меня, — бросает ледяным тоном. — И не так.

— Я…

Он перехватывает мое запястье, отводит от себя, сжимает неожиданно жестко, вынуждает вскрикнуть и заткнуться. Потом указывает куда-то вверх и в сторону. Одними глазами."

"— Видит бог, мое терпение на исходе, — чеканит мрачно, выделяет каждое слово. — Можете дальше устраивать цирк, скрести стены и пробиваться обратно. А можете внять голосу разума, замолчать и прислушаться к умным советам.

На что он намекает? За нами следят? Нас слушают? Тут наверняка установлены камеры, как и по всему особняку.

— Хорошо, — киваю.

— Пойдемте.

Он тащит меня за собой. На выход. Сперва по ярко-освещенному коридору, потом по самой обычной лестнице. Наверх. Не говорит ни слова.

А вдруг это просто уловка? Сутенер-зануда пудрит мозги, уводит прочь от истины, лишает последнего шанса все исправить.

Хотя вариантов немного. Я успела наломать дров. Как всегда. Хуже не станет. Пусть мой талант создавать трагедию на ровном месте и заслуживает всех существующих на свете премий.

— Куда вы меня ведете? — не выдерживаю.

— В вашу комнату, — лаконично обламывает.

— Я ожидала большего.

— Вы получили достаточно.

— Ну, намекните, если…

Андрей стискивает мою ладонь настолько сильно, что я едва удерживаюсь от очередного вопля, закусываю губу.

— Здесь и у стен есть уши, — выразительно произносит сутенер-зануда. — Ваши авантюры заранее обречены.

Либо я принимаю желаемое за действительное, либо опять звучит призыв молчать, не болтать раньше времени.

Мы попадаем на первый этаж, минуем охрану.

Черт, это развод. Банальное кидалово. Узнаю дорогу в свою комнату. Никаких сюрпризов не предвидится. На горизонте ноль надежды.

— Придется посадить вас под замок, — говорит Андрей.

— Что?! — взвиваюсь.

— Что слышали, — он вдруг останавливается. — На этом участке у камер «слепое пятно», пока систему в очередной раз переустанавливают. Можете оцарапать мою щеку ради алиби.

— Чего? — искренне недоумеваю. — Где перевод на человеческий язык?

— Дайте мне пощечину.