Плохие девочки не плачут. Книга 3

Ему скучно. Я знаю. Я надоела. Я не какая-нибудь супер-модель. Не умница-разумница, знающая кучу языков. Не гимнастка, лихо усаживающаяся на поперечный шпагат.

В горле ком, но разрыдаться не выходит. Будто блок на истерику установлен.

— Я никто. Пустое место.

Андрей опускается рядом, кожаный диван слегка пружинит под его весом.

— Завязывайте ныть, — коротко произносит он.

— Что хочу, то и делаю.

— Естественно.

— Проваливайте, — толкаю его в бок. — Оставьте меня наедине со всем моим дерьмом.

Но сутенер-зануда не спешит послушаться и убраться восвояси. Видимо, намерен мстить за те давнишние ночные звонки.

Настал кровавый час расплаты.

— У господина Валленберга было очень много женщин.

— Точно. Спасибо, что освежили память, а то я периодически страдаю склерозом. И вообще, должна отметить, вы очень тонко чувствуете момент. Рассказы о его бабах. Именно об этом мечтаю сейчас услышать.

— Но такой как вы не было, — продолжает невозмутимо.

— Такой? — хмыкаю. — Какой?

— Непосредственной, — выдает вкрадчиво.

— И почему это прозвучало как синоним детской неожиданности?

— У вас богатое воображение, — пожимает плечами. — Выпьем?

Открывает «пепси», разливает по бокалам.

— Андрей, вы меня пугаете, — взираю на собеседника с опаской. — Теперь реально жутко, аж мороз по коже и пальцы на ногах поджимаются. Вы извращенно издеваетесь или серьезно пытаетесь успокоить?"

"— Я бы хотел вытащить вас из ямы, в которую вы добровольно сиганули.

Берет пирожное, нагло жрет. Протягивает мне бокал.

Втирается в доверие, сволочь. Посягает на святое, на мою еду и в то же время предлагает совместно распить божественный напиток, благословенный шипучий нектар.

Ходит по лезвию ножа. Больной ублюдок.

— Я вам вроде никогда особо не нравилась, — подозрительно щурюсь.

— Я не думал, что вы так долго продержитесь.

— Долго? — вопрошаю удивленно.

— Почти год.

— Других он отсылал пораньше? — осведомляюсь осторожно.

— Даже месяца не протягивали.

Подавляю в себе желание броситься на Андрея с пламенными поцелуями. Просто беру предложенный бокал и делаю глоток.

— Я слишком сильно ною, да? — нервно покашливаю.

— Нет, — посмеивается. — Вы ноете чудовищно.

— Ну это же того стоит. В смысле стоит потерпеть. Зато у меня очаровательная улыбка и непревзойденное чувство юмора.

— У вас очень странное чувство юмора, — поправляет мягко.

— Странное? Это что еще значит? Типа не смешно?

— Неужели переживаете по поводу моего мнения?

— Не особо. Главное — я собой довольна.

— Вам нужно меньше смотреть по сторонам. Направьте внимание на основное. Пока не стало слишком поздно, пока вы не довели ситуацию до точки кипения.

— В смысле? Я и так никуда не смотрю. Регулярно наматываю собственные сопли на кулак, рефлексирую, копаюсь в недрах души.