Плохая привычка (СИ)

— Хорошо…

Едва Наталья произнесла это заветное слово, я смял её губы в поцелуе.

Я думал, что сдохну от счастья там, в своём кабинете, когда Наталья первая меня поцеловала. Но, оказалось, что крышка мне именно сейчас.

Острые ноготки прокрались под футболку, с силой впились в кожу. Последние крупицы самоконтроля покинули мозг.

Подхватив Наталью под бёдрами, я усадил её на стол и протиснулся между ног, прижавшись пахом к её промежности.

Наталья испустила глухой стон прямо мне в губы и порывисто потянула вверх мою футболку, вынуждая её снять.

Наши языки переплелись в бешенном жадном танце. Уже сложно было понять, кого накрывало больше. Но то, что никто из нас не остановится, было очевидно.

Наталья завела руки за свою спину. Вероятно, хотела развязать бант.

— Нет-нет, — воспротивился я, возвращая её руки на свою шею. — Это для меня.

Я вновь подхватил Наталью под бёдра, вынуждая опутать мой торс ногами. Не желая останавливать поцелуй, донёс до спальни и поставил рядом с постелью.

— Повернись, — шепнул я ей.

Перекинул её волосы через плечо, открыв своему взору изящную спину. С предвкушением потянул за края банта на пояснице и ослабил тонкие ремешки по всей спине, позволяя её платью свалиться на пол черным порочным облаком.

Из белья на ней остались только черные трусы, которые надолго здесь точно не задержатся.

Костяшками пальцев коснулся позвоночника между лопаток, из-за чего Наталья вздрогнула и открыла шею для поцелуев, прильнув ко мне спиной.

Лаская языком и губами тонкую кожу шеи и плеча, руками я исследовал изгибы её талии, стараясь впитать в память каждый совершенный сантиметр.

Прижав ладонь к её плоскому животу, я позволил себе свободной рукой обхватить её левую грудь и мягко прокрутить между пальцами сосок.

Дрожь прокатилась по горячему и податливому, словно воск, телу в моих руках, будоража меня ещё сильнее.

Словно спрашивая разрешения, я поддел резинку её трусов пальцами и продолжил спускаться ниже только тогда, когда Наталья, подалась навстречу моим ласкам.

Коснувшись кончиками пальцев горячей влаги, я потерялся в ощущениях.

Она хочет. Она тоже хочет ничуть не меньше меня.

Повернув женщину своей мечты к себе лицом, я вновь впился в её губы и, придерживая за талию, мягко уложил на постель. Поцелуями спустился ниже, лаская грудь, некогда поврежденные рёбра, где все ещё виднелся бледный синяк, плоский живот, пока не добрался о самого сладкого.

Отстранился и встал на колени между её ног, потянул последний островок ткани, что был на Наталье.

Оставив её полностью обнаженной, очарованно смотрел в её глаза, в которых сейчас бушевал океан эмоций, зеркальных моим. И вновь опустился к ней, желая ласкать губами и языком самый чувственный участок её тела.