Плюсик в карму

– А должен непременно нравиться? – Оля не хотела бы ссориться, но алкоголь немного ослабил тормоза, да еще этот черный все время пытается сканировать. Не так топорно, как при первой встрече, но под серьгой заметно чесалось. Как медведь с болячкой в ухе, диагностировала она свое состояние. Благодушие стремительно испарялось.

– Отчего же вы согласились на переселение, раз вам так жизнь не мила? – Эрика немного раздражало своеволие Раимовой протеже. Как будто она мужчина. Равный из равных, а не престарелая... Эрик сглотнул поганое словцо. Не ради справедливости, а чтоб себя не унижать.

– Отчего же не мила? – Ольга глянула остро и совершенно трезво. – С чего вы, драгоценный господин, простите, не знаю вашего титула, решили, что не мила? Очень даже мила. Моя жизнь. Дома. С семьей. В привычном комфорте. А не эта ваша... – она сглотнула ругательство, – не это прозябание.

– Но вы же согласились! Вы согласились на переселение! Ни один ходок не потащит переселенца без магического договора. Вам наверняка пообещали здоровье, молодость и, возможно, даже детей.

– Детей?

Ольга побледнела. Ледяной иголкой пробило – доченька. Анечка! Деточка, воспоминания о которой ей так милостиво и так жестоко подтерли.

– У вас была дочь? – изумился таинственный гость. Его, как и Раима, слегка контузило эхом лютой материнской тоски, и оба мага, не сговариваясь, одарили Ольгу успокоительным. Его величество стряхнул с пальцев привычное плетение, которым на тренировках без ограничений усмирял не в меру раздухарившихся бойцов. Очень сильное, но короткого действия. Ровно такое, чтобы идиот, впавший в ярость, отрезвел. Эрик не Ольге хотел помочь, свой душевный покой оберегал – забористые женские эмоции разъедали корку его эмпатических щитов как кислота. А Раим защищал Ольгу – его воздействие было сродни обезболиванию.

– Да, у меня есть дочь, – безэмоционально, как робот-автоответчик, подтвердила землянка. – Там. Дома.

– Там не считается, – отмахнулся черный.

– Это вы все не считаетесь, – все так же отрешенно произнесла Ольга, уставившись на свой стакан. – Это вы все – темный бред и гнусная шутка. Подленький поганенький мирок.

Раим был поражен. Поражен и даже оскорблен неприязнью, которую Ольга не смогла контролировать под успокоительным. Ее неприятие нынешнего существования Раим почему-то принял на свой счет.

– Но вы же сами согласились на переселение! – продолжал настаивать черный.

– А я согласилась? – совершенно искренне удивилась Ольга. – Я, ваше превеликое магичество Эрэл, этого не помню!"

"Раим усмехнулся. Эмоции эмоциями, а интуиция его помощницы не дремлет. Чует чуйка, что гостя надо как-то титуловать.

– Вот Павел помнит, – чувства возвращались к Оле все активнее, – и Серафима помнит.