Пляска в степи

— Расскажи какую-нибудь историю, дядька Крут!

Задумавшись, Звениславка пропустила, как кмети принялись просить воеводу развлечь их любопытной басней о былых походах и свершениях. Тот упирался, будучи не в настроении, и под конец махнул рукой в сторону знахарки:

— Потешь нас ты, госпожа. По всему ясно, многое ты повидала, много, где побывала.

Дюжина лиц повернулась в сторону Зимы Ингваровны. Она хмыкнула, проницательно поглядев на воеводу.

— Басней потешить, говоришь? Знаю одну такую, да. На севере, в далекой стране норманнов, жил удачливый конунг. Из каждого похода он возвращался живым и с богатой добычей. Он выстроил на земле крепкий Длинный дом, а по фьордам мимо ледников его мчал огромный драккар. Многие завидовали его удаче и его дому: жена родила ему красавиц-дочерей и сына, которого конунг с пеленок брал с собой на драккар, и на шаткой палубе мальчишка держался увереннее, чем на твердой земле. В один из дней те, кто завидовали ему, вероломно напали на него дома, нарушив и поправ все законы гостеприимства. Клятвопреступники вырезали всех до единого в Длинном доме и подожгли его, и дети конунга, которых отец отпустил на зимнюю рыбалку, вернувшись домой на другой день, нашли лишь черное пепелище на белоснежном берегу подле залива.

Все, кто слушал знахарку, затаили дыхание. Тишину нарушал лишь ее голос и тихий треск костра. Даже князь смотрел на нее, не отводя взгляда.

— Осиротевшие, лишившееся дома брат и сестры подались, куда глядели глаза, — медленно продолжала госпожа Зима. — Много всего пришлось им испытать и пережить, пока не приютили их в небольшом городище. Они забыли свои прежние имена и взяли новые. Выучились говорить на чужом языке. Ничего не напоминало в них тех детей, что стояли на пепелище собственного дома, взявшись за руки и глотая горячие слезы, и смотрели на обгоревшие бревна и кости. А потом старшая сестра предала младшую, уподобившись тем клятвопреступникам, что убили ее отца, мать и всю родню. Отныне с того дня она не знала ни покоя, ни отдыха, потому что еще никогда боги не прощали убийц. Говорят, ее дух в белых одеяниях так и бродит где-то на Севере, пугая путников на лесных дорогах.

— Да… — протянул воевода Храбр, разрубив воцарившуюся тишину. — Вот так баснь ты рассказала нам, знахарка.

— Позабавила вас?

— Никогда ее не слыхал прежде, хоть вырос там неподалеку, — сказал кто-то из кметей.

— Страна норманнов — суровый край, — госпожа Зима пожала плечами. — И не такое случалось.

— Довольно на сегодня, — князь оборвал ее на полуслове. — Довольно басен, изрядно засиделись мы нынче. Выдвигаемся с восходом солнца, — он встал, одернув полы плаща, и кмети поднялись ему вслед.