Плевать на все с гигантской секвойи

К февралю уже и мы с Сидором приживемся в доме…

– Папа, ты разве у нас еще не прижился? – сочувственно глядя на новоиспеченного отца, спросил Мишка. – Тебе у нас плохо?

– Да что ты, Мишенька, мне так хорошо, как никогда раньше не было, но просто надо понять, как мы будем жить в городе, где разместить мои книги, где Сидор будет справлять свои надобности. Жизнь, сынок, надо устраивать удобно, чтобы всякие мелкие неудобства не отвлекали людей от главного.

– Одним словом не скажешь… Но одно я тебе твердо обещаю – ретривер у тебя будет, только наберись немного терпения.

Мишка закрыл глаза, сделал очень глубокий вдох и немного погодя объявил:

– Терпения набрался!

До чего же золотой парень достался мне в сыновья. И тут же вспомнил: «Мать умрет, а сын тебе достанется!» Это становилось кошмаром его жизни.

Пятого сентября Михаил Петрович улетел в Роттердам.

– Боюсь, Маричка, твой триумф пройдет без меня, – огорченно сказал он. – Но я не могу не поехать.

– Дней на десять, может быть. Сделаю все от меня зависящее, чтобы управиться побыстрее, но не уверен, что это получится. Прошу только об одном: береги себя, езди осторожненько и не выключай мобильник. Носи его всегда с собой, не оставляй где попало, как ты любишь.

– Хорошо, – засмеялась Марина. На самом деле ей хотелось плакать. От обиды, что день ее торжества пройдет без любимого человека, и от растроганности его заботой и такой явной, несомненной любовью, что она перед ней даже терялась… Ее никогда никто так не любил, разве что Алюша. Отца она не помнила, а мать больше всех на свете любила себя. И Марина решила, что без Миши просто не пойдет на это дурацкое торжество. Она все сделает, а они пусть празднуют без нее. К тому же у нее и платья соответствующего нет. Не было времени этим заняться. Вот и хорошо, что зря не потратилась, туда абы в чем не придешь.

Однако, как любил говаривать Даниил Александрович, «человек предполагает, а босс располагает!». Гусев и слышать не желал о том, что она не придет.

– Ну и что, что Михаила Петровича нет? Извините меня, Мариночка Аркадьевна, но, по большому счету, Михаил Петрович в этом деле сбоку припека! Это ваша работа! Наконец, это просто непрофессионально и, если уж на то пошло, неприлично! Вы обязаны быть! Я было заикнулся Булавину, так он просто сказал, что я дурак и, если вас не будет, с меня голову снимут! Мне это надо? Нашли всадника без головы!

– Даниил Александрович!

– Мариночка Аркадьевна! Вы что, решили теперь быть просто мужней женой? Гладить рубашки Михаил Петровичу? Он, конечно, великий юрист, интересный мужчина, наконец, просто хороший человек, но все же не стоит бросать работу, за которую платят такие бабки, это раз, и которая может принести вам европейскую известность – два.