Пленных не брать

Отсутствие «колючки» с лихвой компенсировалось хитроумной сигнализацией и установленными повсюду камерами слежения. Никакого ажиотажа вокруг не наблюдалось. Окрестности усадьбы (стоявшей на значительном удалении от других домов элитного поселка) казались вымершими.

«Не успели нелюбинские орлы отреагировать на приказ! Долго раскачиваются, охламоны!» — подъезжая к железным воротам, подумал я и… в следующий момент ворота автоматически раздвинулись.

— Заезжайте, — махнул рукой высокий сорокалетний мужчина в камуфляже, в «разгрузке», с «валом» через плечо и с миниатюрным японским наушником в правом ухе."

"— Старший группы полковник Ерохин Виталий Федорович, — представил нам его генерал и, выйдя из машины, без обиняков спросил: — Что сделано на данный момент?

— Двадцать бойцов прочесывают окрестности, двадцать охраняют подступы, десять обследуют дом и случайно обнаруженный подземный ход, выходящий на поверхность под декоративным пнем в сосновом бору, — отчеканил командир группы.

— А Марков с семьей?

— «Двухсотые», — Виталий Федорович опустил глаза, — охранники то же.

— У вас, как известно, медицинское образование. Когда, по вашему, наступила смерть?

— Приблизительно между четырьмя и пятью утра.

— Ка-а-ак?!! — задохнулся Рябов. — Он же лично мне звонил в половине девятого!

— Имитация голоса. Распространенное явление в наши дни. Есть просто «народные умельцы». Есть и специальная техника. В общем, ничего сверхъестественного. В настоящий момент меня больше интересует другое, каким образом нападавшие сумели беспрепятственно проникнуть на территорию усадьбы и спокойно вырезать охрану. Следов боестолкновения вокруг не видно, — голос Бориса Ивановича звучал ровно, холодно. Каменное лицо не выражало никаких эмоций. Но теперь, когда я видел отчаяние генерала на шоссе, вызванное гибелью «молодых, здоровых ребят, вместо старого хрыча», я знал — под бездушной маской высокопоставленного спеца скрывается тонкая, ранимая натура. И если он так переживал смерть телохранителей, то каково же ему сейчас?! Ведь Марков (как недавно шепнул мне Рябов) был старинным другом Нелюбина, и Борис Иванович — крестный отец его девятнадцатилетних дочерей-близняшек…

— Подземный ход исключается, — заявил Рябов. — О нем знали только я, Марков, Корсаков, жена Игоря Львовича и обе девочки.

— Женщины вполне могли проболтаться, — по-прежнему холодно заметил Нелюбин. — Тем более тайна известна им давно. Если не ошибаюсь — с января 2004-го…

— Да, с января, — подтвердил Владимир Анатольевич. — Именно тогда мы с Корсаковым впервые за много лет использовали ход для освобождения генерала с семьей из рук агентов Структуры и для последующей эвакуации освобожденных (см. «Изгой»).