Пленницы судьбы

Она занялась тем, чему обычно посвящают себя верные вдовы-сподвижницы: приводила в порядок архив супруга и публиковала его сочинения и переписку. Но в августе 1889 года Анна Федоровна умерла и сама...

Мария Николаевна: царский подарок любимой дочери

Но природе не прикажешь. После Марии (Мэри) родилась еще одна девица — Ольга (1822), в 1825 году — вновь особа женского пола — Александра, и только потом наконец-то пошли мальчики, которым давались имена братьев Николая в той же последовательности: Константин, Николай, Михаил.

Тем временем старшая дочь Николая цвела как майский цветок. Отец ее не долго сетовал на ошибку природы и всем сердцем полюбил Мэри — таким стало ее семейное имя. Вообще император Николай I любил детей, и они отвечали взаимностью этому доброму гиганту. У Николая Павловича был природный педагогический дар, основанный на искренней доброте. С детьми он всегда находил общий язык, порой самозабвенно играл. Как вспоминал воспитанник Гатчинского сиротского института, как-то раз царь, очаровавший детей своей добротой, позволил шумной, гогочущей толпе расшалившихся воспитанников вынести себя, огромного и могучего богатыря, на руках из подъезда института и посадить в сани. И тут один из мальчиков, вероятно на пари, ущипнул самодержца сзади — Николай только погрозил шалуну пальцем.

Мэри росла живым, непоседливым ребенком, склонным к проказам. Однажды царю доложили, что пятилетняя великая княжна... пристает к часовым — гвардейцам, стоявшим на постах возле Екатерининского дворца в Царском Селе. Оказывается, она обожала, когда часовые отдавали ей честь, что без ее родителей они, естественно, не делали. И тогда Мэри повадилась подбегать к часовому с апельсином в руках. Приседая перед ним в книксене, девочка тонким голоском просила: «Миленький солдат! Сделайте мне честь, а я подарю вам апельсин». Естественно, Сердце гвардейца таяло, и он, несмотря на строжайший устав (ведь это время Николая I!), брал ружье на караул. Современник писал: «Слишком хорошенькая, слишком остроумная, чтобы не вызывать неудовольствия своих учителей, она могла бы... преодолеть все препятствия и быстро наверстать потерянное» в учебе, но так и не сделала этого, словом, училась плохо.

Шли годы, дочери выросли, и явление в обществе красивейшей царственной четы Николая и Александры Федоровны вызывало всеобщей восторг, ибо за ним следовали три дочери: Мария, Ольга, Александра — одна краше другой, с лицами мадонн Возрождения, изящные, грациозные. Они были дружны и любили друг друга. Ольга так писала о Марии: «Ее особого рода красота соединяла строгость классического лица и живую мимику. Лоб, нос, рот были абсолютно правильны, плечи и грудь прекрасно развиты, талия так тонка, что ее мог обвить обруч ее греческой прически».