Пленница судьбы

Мари остановилась на пороге и молчала. Кристиан и Шанталь тоже. Жанна Мелен комкала в руках фартук. Клод стоял, как та самая гранитная стена, о которой говорила Мари.

Александр выступил вперед и с достоинством произнес:

— Я, граф де Монтуа, принимаю некоторое участие в судьбе этих молодых людей. И я прошу у вас руки этой женщины для этого мужчины.

Чтобы оценить размеры пропасти, отделяющей его от стоящего перед ним человека, Клоду понадобилась ровно одна секунда.

— Вы говорите о моей дочери?

— Да, именно о вашей дочери, — ответил Александр.

— Я давно дал ей свободу, вернее, она выбрала ее сама. Пусть выходит за кого хочет, — сказал Клод.

— И все же ей необходимо ваше родительское благословение, — заметил Александр.

— Благословение дам, а приданое — нет, — ворчливо произнес он.

— Полагаю, этим молодым людям не нужно друг от друга ничего, кроме верности и любви, — улыбнувшись, мягко промолвил Александр.

Они пробыли у родителей Мари до вечера. Клод держался несколько натянуто в обществе Александра, Кристиана и Шанталь. Жанна Мелен, обнимая Мари, тихо и ласково задавала вопросы. Когда Мари поняла, что Корали забрала Талассу домой, у нее отлегло от сердца.

— Мы поживем здесь еще немного, а после свадьбы уедем обратно в Париж, — сказала Мари, обнародуя свое решение.

— Но ты вернешься? — робко спросила мать.

— Да, хотя, думаю, это случится не очень скоро.

На обратном пути Мари шепнула Кристиану:

Он посмотрел на нее.

— Мы не знаем других. Мы и себя не знаем.

— Но меня ты знаешь, — сказала она без улыбки.

— Знаю. Такую, какой ты сама себя не знаешь. Но должна узнать.

— Впереди много времени. И оно не будет таким тяжелым, как прежде, потому что я буду рядом с тобой.

— Неужели любовь может нас спасти? — спросила Мари.

— Важно просто любить.

Больше они не разговаривали. Мари не поняла, что ждала именно этих, похожих на волшебное заклинание слов. Они были важны для нее, потому что оправдывали ее существование и смягчали вину. Кристиан хотел жить для нее, Мари это чувствовала, а он видел ее улыбку и взгляд, говорящий о том, что она только сейчас пробудилась от долгого-долгого сна.

Был вечер, и всюду мерцали огни. Казалось, город усыпан светящимися серебряными зернами. Небо было темно-синим, и в нем колыхались похожие на свечи звезды.

Мари и Кристиан жили уединенно, мало с кем общались и редко принимали гостей. Но сегодня решили сделать исключение и поехали в один из известных парижских ресторанов, чтобы отпраздновать десятилетие своей свадьбы. И даже здесь они чувствовали себя отделенными от остального мира: людские голоса долетали до них как далекие раскаты грома, а хлопанье пробок напоминало то ли всплески волн, то ли шумные взмахи птичьих крыльев.