Пленница Палача

Кажется, будто хищный зверь меня обнюхивает, прежде чем решить - гожусь я в пищу, или нет.

Тело слегка потрясывает от того фейерверка эмоций, что только что взорвался внутри меня.

От одной мысли о том, что Палач вытворял со мной живот скручивает болезненно-острым спазмом.

Рядом с ним я перестаю контролировать себя. Послушная игрушка в руках кукловода. Палач безошибочно знает, за какие ниточки нужно тянуть, чтобы добиться от моего тела желанной реакции.

Боже... не могу поверить, что пять минуть назад как безумная умоляла его не останавливаться. Что он сделал со мной? Чем опоил?

- Завтра суббота, - слышу его низкий голос с хрипотцой.

Не знаю, что сказать на это, поэтому просто молчу в ответ.

- В два часа дня будь готова, - продолжает он, кладя подбородок мне на затылок.

- К чему? - испуганно спрашиваю я.

- Мы поедем на охоту, - усмехается он.

- На какую охоту? - переспрашиваю я, гадая, значит ли слово "охота" на криминальном жаргоне что-то отличное от общепринятого понимания.

- На диких зверей. В горы. - Палач не торопится пояснять более подробно.

- Но я... я не умею стрелять, - тихо говорю я.

Сама мысль о том, что мне придётся убить живое существо, пусть даже животное, вселяет ужас. - Зачем я тебе там?

Палач молчит какое-то время, а потом приближается к моему уху и шепчет. Дразнит кожу дыханием так, что волоски встают дыбом.

- Я беру тебя с собой, потому что после убийств мне всегда хочется трахаться. Жёстко.

От этих тихих слов у меня темнеет перед глазами. По телу прокатывается волна паники.

- Завтра ты станешь моей, - его ладони по-хозяйски ложатся на мои бёдра и до боли сжимают их. - По-настоящему.

Сердце колотится о рёбра, сбивая пульс.

Страх застилает глаза. Между ног всё предательски сводит томительной судорогой.

- Я... я... я не поеду! - начинаю было я, пытаясь повернуться к нему лицом.

Но мужчина напрягает бицепсы, крепче пленяя меня. Не даёт пошевелиться.

- Поедешь, - голос ровный, прохладный. - Будешь покладистой и послушной девочкой, и тебе станет также хорошо, как и сегодня. А если нет, - Палая делает многозначительную паузу. Его ладонь ложится на мою шею. Длинные пальцы слегка сдавливают сонную артерию. - Я тебя накажу.

К глазам подступают слёзы.

Я не понимаю, зачем он продолжает пугать и отталкивать меня. Его грубость и деспотизм в мгновение перечёркивают в памяти всё хорошее, что было между нами.

А, вообще, было ли оно? Хорошее?

Или это мой загнанный в безвыходное положение разум выдумывает то, чего нет? Пытается обмануть меня стокгольмским синдромом, чтобы не сойти с ума от отчаяния.

- Спи, Лира, - Палач убирает с моего лица прилипшие пряди. - Завтра тебе понадобится много сил.

Я покорно закрываю глаза. Но не потому что хочу спать. А потому, что просто не хочу больше ничего видеть. Спасительная темнота.