Милая пленница

Хоук заметил, что взгляд Александры пробежал по книжным полкам и письменному столу, заваленному бумагами.

Легкий ветерок проникал в тихий кабинет; зеленокрылая бабочка влетела в раскрытое окно, сверкнув в косом луче солнца. Она бесцельно кружилась по комнате, а потом вдруг села на протянутую руку Александры. Изящные крылышки, потрепетав мгновение, сложились.

У Хоука перехватило дыхание. Неужели он ошибается, задерживая девушку в Хоуксвише? Ведь он погубил ее своей безрассудностью, и этого уже не изменить… Но без него, без его защиты она станет легкой добычей для Телфорда.

«А здесь, — спросил вдруг насмешливый голос, — здесь она разве не находится в еще большей опасности?»

Снаружи, с лужайки, послышался резкий крик, и на пол кабинета легла круглая тень. Александра подошла поближе к окну, но остановилась достаточно далеко от неподвижного мужчины, внимательно смотрящего на нее. Она даже ощущала легкое покалывание кожи от его испытующего взгляда. Она и не догадывалась прежде, что есть такие мужчины — такие сильные и тревожащие… Он раздражал ее. Он смущал ее… «Помни, что он с тобой сделал, — с горечью подумала Александра. — Помни, что он изнасиловал тебя и готов это повторить…»

На лужайке она увидела павлина, распустившего сверкающий яркими красками хвост.

— Мне бы следовало догадаться, что у вас есть павлины, — натянутым голосом произнесла она, следя за бабочкой, слетевшей с ее руки и выскользнувшей на свободу.

— Боюсь, ты возлагаешь на меня чужую вину. Эти чертовы твари — единственный вклад Изабель в Хоуксвиш, и они дьявольски шумят днем и ночью. Я пытался от них избавиться, но они никому не нужны.

Его глаза светились, когда он оценивающе разглядывал Александру. Девушка почувствовала, что ее щеки начинают розоветь под его пристальным взглядом.

— Вы, как я вижу, переделали платье. Очень жаль.

«Держи себя в руках», — приказала себе Александра, отворачиваясь от окна. Она принялась рассматривать золотистую комнату, играющую мягкими оттенками старого дерева и блестящей кожи. На полу лежал огромный абиссинский ковер, его узоры переливались цветами спелого абрикоса и дымчатой малины, перемежавшимися с золотом. Александра подошла к огромному деревянному глобусу, потом — к письменному столу красного дерева на когтистых лапах и взяла тонкий томик в кожаном переплете, лежавший между бумагами.

Едва она открыла книгу, как ее глаза потемнели, и она резко захлопнула том.

— Вы интересуетесь восстанием в Веллуру? — резко спросила Александра. — Почему?

Хоук чуть насмешливо изогнул брови.

— Я интересуюсь многим, в том числе и индийскими делами. Не знал, что это преступление. — Он подошел к столу, взял книгу из ее онемевших пальцев.