Пленник ее сердца

Он молчал всю дорогу до Воксхолла, молчал и когда они на лодке переправлялись на противоположный берег Темзы, и в карете тоже хранил молчание.

И дома тоже Гриффин общался только с прислугой, распорядившись, чтобы Полину перенесли в гостиную и уложили на диван.

– Я вызову врача, – наконец обратился Грифф и к ней.

– Мне, честное слово, не нужен врач.

Гриффин молча вышел за дверь.

Доктор осмотрел ее и пришел к выводу, что ничего страшного нет. Полина могла бы поспорить с вердиктом врача: нога-то заживет, а что делать с сердцем? Оно разбито, и его уже не склеишь.

Когда доктор закончил осмотр и направился к выходу, Грифф подошел к нему, чтобы справиться о ее здоровье. Он уже успел снять фрак и закатал до локтей рукава рубашки.

Полина поднялась с дивана и, прыгая на одной ноге, приблизилась к нему.

– Ну что же, наконец-то мне удалось оскандалиться на славу.

Грифф даже не улыбнулся – лишь сказал:

– Пойдемте, я помогу вам подняться наверх.

Она отмахнулась от его предложения.

– Не надо, я сама. Доктор заверил, что беспокоиться не о чем.

Все же Гриффин обхватил ее одной рукой за талию и повел к лестнице. Полина не знала, как отказаться от помощи: его хмурый вид в сочетании с трогательной заботой действовал на нее совершенно угнетающе.

Преодолев первую ступеньку, Полина заметила:

– Вы злитесь на меня.

– Да, и не собираюсь это отрицать, но стараюсь не обращать свой гнев на вас.

Подволакивая поврежденную ногу, Полина с его помощью преодолела вторую ступеньку.

– Я очень виновата перед вами. Мне жаль, что так вышло. Разумеется, я выплачу его стоимость частями, начиная с той тысячи фунтов, что вы мне обещали, конечно. А что до остальной суммы… – Она остановилась и подняла на него глаза. – Пока не знаю, как, но, клянусь, отдам вам долг.

Он смотрел на нее в полном недоумении.

– О чем вы говорите?

– О колье, которое украдено. Я расплачусь за него. Не сразу, конечно. По частям. – Схватившись за перила, она подтянулась и подпрыгнула еще на одну ступеньку.

– Чушь, – пробормотал Грифф, не трогаясь с места, потом вдруг подхватил ее на руки и понес наверх. Ее спальня располагалась этажом выше, но он свернул в коридор и направился к себе.

В своей спальне, захлопнув за собой дверь, он опустил ее на свою кровать невероятных размеров, красного дерева, под красным бархатным балдахином.

Полина попыталась приподняться на локтях, но не смогла: Грифф отрезал ей путь к отступлению. Стоя на коленях, он навис над ней и зажал ее лицо в ладонях так, чтобы не могла отвернуться. Полине ничего не оставалось, кроме как смотреть прямо ему в глаза. Глаза его метали искры, сердце билось как сумасшедшее – почти так же, как ее собственное.