Пленница Зверя

Даже к вещам. Наверное, горький опыт отношений со Зверем научил меня держать дистанцию.

Даян все это время сидит у входной двери. Наверное, боится, что я передумаю и сбегу. Только куда? Где бы я не оказалась – Зверь найдет, теперь я в этом не сомневаюсь.

Он курит, наполняя квартирку клубами табачного дыма.

В животе порхают бабочки, но я никак не могу разобраться с этим чувством. Что-то среднее между страхом и радостью.

Руки начинают подрагивать, когда я понимаю, что уже собрала с собой все важное.

– Готова? – спрашивает Даян, выпрямляясь во весь свой рост.

– Я… – пытаюсь правильно сформулировать свою мысль. – Ты не бросишь меня больше? – от волнения сердце рвется из груди. – Мне страшно.

– Глупая, – Зверь притягивает меня к себе, заключая в объятья.

Сразу становится легче. Размеренное биение мужского сердца придает уверенности. Даян всегда говорит правду. Он прямолинейный и резкий, вранье для него никакого смысла не имеет."

"В машине мы едем молча. Разговаривать не хочется. Я боюсь нарушить хрупкий сосуд счастья каким-нибудь словом или действием. Нужно просто пережить. Дождаться. Когда момент воссоединения не станет таким острым.

В самолете до Праги Даян не выпускает меня их своих объятий. С ним уютно, спокойно, внутри чувствуется умиротворение и нежность.

Да, это странно. До безумия странно, ведь раньше я постоянно была в напряжении, даже вдохнуть боялась порой, опасалась его тяжелого взгляда, оскала звериного.

А теперь не мыслю жизни, если Даяна нет рядом.

Его правая кисть сильно разбита. Я не спрашиваю, как это произошло, просто осторожно поглаживаю шершавые корочки на костяшках, будто боль его унять хочу. Хоть как-то помочь.

Мне не хотелось лететь в Прагу, но Зверь сказал, что только так мы сможем пожениться, после того, как он уладит вопрос своего предыдущего брака.

В Чехии мы оказываемся уже ночью. Все поместье спит.

Я опасаюсь увидеть Асию или ее сына, но не встречаю ни того, ни другого.

Наверное, Даян уже распорядился обо всем. Это хорошо. Мне в принципе больно думать о том, что у него был кто-то кроме меня, а если бы мы встретились, не знаю, как бы вынесла такое. Вновь.

– Милана, я так рада тебя видеть, – улыбается мне Тереза, горничная в доме Зверя. – Завтрак уже ждет в столовой.

– Спасибо, – благодарю ее. – Я тоже рада, – искренне улыбаюсь. – А Даян… – не успеваю задать свой вопрос до конца.

– Даян Дамирович уехал очень рано, сказал помочь тебе со всем, что понадобится. Что ты сделала с ним? – добавляет женщина после небольшой паузы. – Я хозяина ни разу таким не видела, – глаза Терезы горят от какой-то своеобразной радости.

– Правда?

– Да. Видно, многое ты для него значишь.

Сдержать улыбку не получается. Губы сами собой растягиваются.