Пленница пиратов

Смита лишили лицензии капитана, и больше он никогда не выйдет в море.

– Я рад это слышать, сэр. Настало время, чтобы люди узнали, какие злодейства совершают такие, как Смит. Однако это еще не конец моего рассказа. И я боюсь, что худшее впереди. Я говорю о том, что нельзя простить с такой легкостью.

– Тогда расскажите нам все, Джастин.

– Когда мы завладели кораблем и высадили капитана на берег, его место занял я, но мы стали плавать по законам братства, согласно которым все люди равны.

– Братство… вы имеете в виду братство пиратов? – Глаза Джона сузились. – Вы стали пиратом? Вы нападали на другие корабли и забирали себе то, что вам не принадлежало… вы убивали людей ради наживы?

– Мы забирали грузы с захваченных кораблей и продавали их. Мы никого не убивали без необходимости, отец. Если корабль сразу сдавался, мы не проливали кровь, однако мы сражались с теми, кто оказывал сопротивление. Сам я никого не убивал, это делали другие.

– Но корабли захватывали по вашему приказу?

Джастин посмотрел отцу в глаза:

– Да, сэр. Я был капитаном. Я отдавал приказы, и мои люди их выполняли. Я продавал добычу, которую нам удавалось захватить, и делил вырученные деньги. Я наказывал людей плетьми и убивал врагов в честном бою… Но я делал это, только когда у меня не оставалось выбора.

– Значит, вы признаетесь в том, что вы пират?

– Да, отец.

– Тогда вы опозорили себя и свою семью.

Отец смерил его долгим взглядом и вышел из комнаты.

– Отец… простите меня…

– Ему нужно время. – Леди Девер встала и нежно положила руку на плечо сына. – Не обижайся, Джастин, и не расстраивайся. Твой отец человек чести. Он слишком потрясен и огорчен твоим рассказом. Он всегда так гордился тобой, а теперь…

– Я навлек позор на себя и на него.

– Нет, Джастин. – Любящие глаза леди Девер увлажнились от слез. – Ты делал то, что должен был делать… что казалось правильным в тот момент. Я все понимаю, дорогой. Со временем отец тоже поймет и простит тебя."

"– Ты хочешь сказать, что убедишь его, мама? – На лице Джастина появилось выражение дьявольской гордости. – Да, ты можешь убедить отца сделать вид, что он простил меня, но в глубине души он никогда не простит мне то, что я сделал. Он никогда не простит меня по-настоящему и никогда не сможет с гордостью называть меня своим сыном.

– Джастин, он гордый человек. Он гордится тобой, но бережет свою честь. Дай ему время все обдумать. – Леди Девер коснулась щеки сына. – Несколько человек обязаны тебе жизнью, сын. Ты правильно сделал, что рассказал обо всем. Со временем отец поймет тебя.

– Мама, утром я уезжаю.

– Почему? – Она посмотрела на Джастина с тревогой. – Куда ты едешь?

– В Лондон, просить аудиенции у королевы.