Пленница мужского клуба

Более десяти минут Вячеслав истязал несчастную, нанося удары по ноге, затем остановился, чтобы перевести дух:

– Вот посмотрите, – тяжело дыша произнес он, – какая нежная кожа! От ударов ремня она достаточно быстро вздувается и лопается, приобретая интересный багровый цвет, – он отошел на метр и залюбовался, – А эти тонкие полоски с кровью на местах пересечения, смотрятся просто шикарно! Особенно на юном теле, – он завис на месте, смотря в одну точку, задумавшись о чем-то своем, потом очнулся и добавил:

– Если работать ремнём более часа по всему рабочему пространству, то каждый раз можно наблюдать невообразимые картины.

Он снова размахнулся и ударил по ноге, заставив Ангелину безумно кричать. Крик через несколько секунд перешел в протяжный вой.

– Мне нравится, как это сводит с ума женщин, они становятся невменяемые от боли и полностью сосредотачиваются на ощущениях. Многие не дооценивают ремень, но в умелых руках он способен приносить колоссальное удовольствие. Когда я наношу удар, девушка испытывает сначала резкую боль, все ее рецепторы сосредотачиваются на месте удара, образуя болевой центр. Затем, когда основная волна боли проходит, появляется совершенно новое ощущение, многим оно очень нравится. А я, как художник, могу руководить этим процессом, манипулируя и направляя, – он снова замолчал и задумался.

– Вы полагаете, что всем женщинам должна нравится порка ремнем? – переспросил старый боксер, – я думаю, это достаточно специфические ощущения и не все от них способны получать удовольствие…

– Возможно, вы правы, – согласился Вячеслав, – но всему этому можно научиться! Любая женщина сможет получать удовольствие от порки, если она поймет в чем ее прелесть."

"– Не буду спорить, тут у каждого свое мнение. Возможно, в чем-то вы правы.

– Иногда, когда я наблюдаю за этим процессом, – начал философствовать Вячеслав, – то немного даже завидую своей жертве… – он задумался и добавил, – завидую, потому что сам не могу испытать это великое наслаждение, которым ее одариваю.

– А что мешает вам попробовать другую роль? – спросил неожиданно старик, озадачив Вячеслава.

– Ну… я не знаю. У меня слишком высокий болевой порог. Вообщем, я вряд ли получу такое же удовольствие, как она, – Вячеслав ткнул пальцем в живот Ангелине, – но я испытываю это все через нее, мою милую напарницу, – он нежно погладил поврежденную ногу своей жертвы.

Ангелина поймала его нежный взгляд, полный любви и симпатии и опустила глаза, не понимая, почему он считает, что имеет право распоряжаться ее телом, решая, что ей нужно. Ей не нравилось, когда он порол ее и она неоднократно давала ему это понять.

– И последнее, самый сок! – он размахнулся и ударил в открытую промежность Ангелины.